Новый исторический вестник

2018
№55(1)

ПОДПИСАТЬСЯ КУПИТЬ НАПЕЧАТАТЬСЯ РЕДКОЛЛЕГИЯ EDITORIAL BOARD НОВОСТИ ФОРУМ ИЗДАТЬ МОНОГРАФИЮ
 №1
 №2
2000
 №3
 №4
 №5
2001
 №6
 №7
 №8
2002
 №9
2003
 №10
 №11
2004
 №12
 №13
2005
 №14
2006
 №15
 №16
2007
 №17
2008
 №18
 №19
2009
 №20
 
 №21
 
 №22
 
 №23
2010
 №24
 
 №25
 
 №26
 
 №27
2011
 №28
 
 №29
 
 №30
 
 №31
2012
 №32
 
 №33
 
 №34
 
 №35
2013
 №36
 №37
 №38
 №39
2014
 №40
 
 №41
 
 №42
 
 №43
2015
 №44
 №45
 №46
 №47
2016
 №48
 №49
 №50
 №51
2017
 №52
 №53
 №54
 №55
2018
СОДЕРЖАНИЕ
  ЖУРНАЛ РОССИЙСКОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО ГУМАНИТАРНОГО УНИВЕРСИТЕТА

С О Д Е Р Ж А Н И Е
C O N T E N T S

Российская государственность

№ 55 (1.9 mb)

Белоусов С.С. Самовольные поселения на калмыцких землях Астраханской и Ставропольской губерний: Переселенцы и губернские власти (XIX – начало XX веков)
Belousov S. Squatter Settlements in the Kalmyk Lands of Astrakhan and Stavropol Provinces: Unauthorized Migrants and the Provincial Authorities (19th – Early 20th Centuries)

Белоусов Сергей Степанович – канд. ист. наук, старший научный сотрудник Калмыцкого научного центра Российской академии наук (Элиста)
sbelousovelista@mail.ru

В статье впервые проанализирована политика центральных и губернских властей Российской империи по отношению к самовольным поселениям на калмыцких землях Астраханской и Ставропольской губерний в XIX – начале XX вв. Эти государственные земли были переданы калмыцкому народу в исключительное пользование в 1806 г. На основе ранее неизвестных архивных документов раскрыты, прежде всего, обстоятельства возникновения семи самовольных поселений на калмыцких землях. Определена география распространения самовольных поселений, которые возникали, как правило, на окраинах калмыцких земель. Проанализирован социальный состав самовольных переселенцев, среди которых основную массу составляли государственные крестьяне. Другую большую группу составляли отставные солдаты русской армии. Особенно отмечен тот факт, что среди самовольных переселенцев отсутствовали крепостные крестьяне и казаки. Наконец, рассмотрены действия губернских властей по отношению к самовольным поселениям на калмыцких землях, на которых законами Российской империи запрещалось создание поселений подданными некалмыцкого происхождения. Делается вывод, что в своих действиях по отношению к самовольным переселенцам правительство и власти Астраханской и Ставропольской губерний вынуждены были балансировать между законностью и хозяйственными нуждами губерний. Они сами были заинтересованы в создании новых поселений, поскольку те способствовали росту численности населения, освоению земель и расширяли число налогоплательщиков. Исходя из этих соображений, правительство и губернские власти принимали решения узаконить самовольные поселения на калмыцких землях в виде исключения.

Калмыкия, калмыки, национальная политика, переселенческая политика, налоговая политика, государственная земля, землепользование, самовольное поселение, переселенец, Астраханская губерния, Ставропольская губерния.

Sergey S. Belousov – Candidate of History, Senior Research Fellow, Kalmyk Scientific Center, Russian Academy of Sciences (Elista, Republic of Kalmykia, Russia)
sbelousovelista@mail.ru

This is the first article to offer an analysis of the policy pursued by central and provincial Russian authorities in relation to illegal settlements on the Kalmyk territories in Astrakhan and Stavropol Provinces in the 19th and early 20th centuries. These lands were given to the Kamyk people for their exclusive use in 1806. On the basis of previously unknown archival documents the author highlights the circumstances under which seven unauthorized settlements were set up on the Kalmyk lands. These settlements are characterized according to their geographical position, which was mostly in the periphery of the Kalmyk lands. The study also reveals the settlers’ social make-up, with state peasants forming the bulk and retired soldiers of the Russian Army accounting for another massive part of the settlers. The emphasis is made on the fact that serfs and Cossacks were not to be found among the migrant settlers. Finally, the author examines the actions of the provincial authorities in relation to the illegal settlements on the Kalmyk territory which was banned by the legislation of the Russian Empire to be used for settlement by non-Kalmyk citizens. It is concluded that dealing with this problem the government and the authorities of Astrakhan and Stavropol Provinces had to balance between the law and the provincial economic demands. In reality, they were interested in these settlements as they helped increase the population, cultivate the land and expand the number of taxpayers. For these reasons, the government and provincial authorities made decisions to legalize such settlements on the Kalmyk lands on an exceptional basis. 

Kalmykia, Kalmyks, national policy, resettlement policy, tax policy, state land, land use, squatter settlement, migrant, Astrakhan Province, Stavropol Province.

DOI: 10.24411/2072-9286-2018-00006

Nekrylov S., Gribovskiy M. The Siberian Professoriate in the Late 19th and Early 20th Centuries: A Social and Political Profile
Некрылов С.А., Грибовский М.В. Сибирская профессура рубежа XIX– XX веков: Социальный и политический портрет

Sergey A. Nekrylov – Doctor of History, Professor, National Research Tomsk State University (Tomsk, Russia)
medicinahistory@yandex.ru

Mikhail V. Gribovskiy – Candidate of History, Senior Lecturer, National Research Tomsk State University (Tomsk, Russia)
mgrib@mail2000.ru

Based on both published and unpublished documents on the history of the Imperial University of Tomsk, the article analyzes the social and political profiles of the Siberian professoriate during the period prior to the Russian revolution of 1917. What distinguished the 19th century Tomsk professoriate from that of the rest of Russia is that it was an entirely exogenous phenomenon in the city of Tomsk, with the first originally Siberian professors appearing by the early 20th century. In relation to the pre-revolutionary period in the Russian history, the notion of “Siberian professoriate” is identical with that of “Tomsk professoriate”, the authors argue. A special attention is paid to the staff formation of the Imperial University of Tomsk as the first university in the Asiatic part of Russia. The article highlights how university centers in Russia’s European part (St. Petersburg, Moscow, Kiev, Kazan, etc.) contributed to the staff formation of Tomsk University. The authors go on to examine the social origin of Tomsk professors as well as their political views and public activity. It is concluded that in terms of their social origin, the Tomsk (Siberian) professoriate was different from the university professorial staff in the European part of Russia by the predominance of professors having clerical origin. The Tomsk (Siberian) professoriate was the bearer of features essential for the Russian university at large, rather than for its specific area of existence. It produced a significant impact on the citizens’ life through its educational, scientific, cultural, and political activities. As to political views, liberal (reformatory) orientation prevailed among Tomsk university community, which coincided with political preferences shared by the majority of university professors in the European part of Russia.

Siberia, Tomsk (City of), Tomsk University, university staff, professorate, social origin, social mobility, social portrait (profile), political portrait (profile), political mood, political activity, Russian revolution of 1905.

Некрылов Сергей Александрович – докт. ист. наук, профессор Национального исследовательского Томского государственного университета
medicinahistory@yandex.ru

Грибовский Михаил Викторович – канд. ист. наук, доцент Национального исследовательского Томского государственного университета
mgrib@mail2000.ru

В статье на основании опубликованных и неопубликованных документов по истории Императорского Томского университета анализируется социальный и политический портреты сибирской профессуры в период, предшествующий революции 1917 г. Как показано в статье, томскую профессуру конца XIX в. отличало от остальной российской профессуры то, что она являлась социальным феноменом, исключительно привнесенным в Сибирь извне, из Европейской части Российской империи. Однако уже к началу XX в. появились первые сибирские – по происхождению – профессора. При этом понятие «томская профессура» в тот предреволюционный период было тождественно понятию «сибирская профессура». Особое внимание в статье уделяется комплектованию штатов Императорского Томского университета как первого университета в Азиатской части России. Также показывается влияние университетских центров Европейской части России (С.-Петербурга, Москвы, Киева, Казани и других) на формирование томского университетского преподавательского корпуса. Далее, анализируется социальное происхождение томских профессоров. Наконец, описываются их политические взгляды и общественная деятельность. Делается вывод о том, что, с точки зрения происхождения томская (сибирская) профессура отличалась от университетской профессуры Европейской части России преобладанием выходцев из среды духовенства. Томская (сибирская) профессура стала носителем не столько черт места своего бытования, сколько черт отечественной университетской профессуры в целом. Она оказывала большое влияние на жизнь горожан своей образовательной, научной, просветительской, а также политической деятельностью. Среди томской (сибирской) профессуры преобладали носители либеральных (реформаторских) взглядов, что совпадало с политическими пристрастиями большинства представителей университетской профессуры Европейской части России.

Сибирь, Томск, Томский университет, штаты университета, профессура, социальное происхождение, социальная мобильность, социальный портрет, политические настроения, политическая деятельность, политический портрет, Русская революция 1905 г.

DOI: 10.24411/2072-9286-2018-00002

Позняк Т.З. «Русская полиция в погоне за китайским рублем»: История о том, как отставной полицейский боролся с мздоимством полиции и китайскими притонами в Благовещенске (1914 год)
Poznyak T. “Russian Police in Pursuit of the Chinese Rouble”: The Story of How a Retired Police Officer Fought against Bribery among Police and Chinese Brothels in Blagoveshchensk (1914)

Позняк Татьяна Зиновьевна – канд. ист. наук, старший научный сотрудник Института истории, археологии и этнографии народов Дальнего Востока Дальневосточного отделения Российской Академии Наук (Владивосток)
tzpoznyak@mail.ru

В статье на основе архивных документов рассматривается одно из многочисленных дел о коррупции благовещенской полиции и чиновников других учреждений на российском Дальнем Востоке в начале XX в. История всплыла наружу в результате жалоб и докладов отставного полицейского чиновника Ф.И. Андреева военному губернатору Амурской области и Приамурскому генерал-губернатору о поборах полиции Благовещенска с тайных китайских притонов, в которых процветали курение опиума и проституция. Результатом ревизии, посланной в Благовещенск Приамурским генерал-губернатором, не стало предание суду полицейских и чиновников других учреждений по обвинению в преступлениях по должности. По этой причине автор стремится к объективному изложению и анализу версий обеих противоборствующих сторон – обвинителей и обвиняемых. Автор приходит к выводу, что материалы дела не позволяют однозначно доказать, что в Благовещенске действовало устойчивое преступное сообщество, занимавшееся вымогательством и «покровительством» тайных притонов. Однако, по ее мнению, повторяемость подобных скандалов все же склоняет к заключению, что «взаимовыгодное сотрудничество» китайской преступности и российского коррумпированного чиновничества в начале XX в. существовало и в Благовещенске, и в других городах Российского Дальнего Востока. Сохранившиеся в архиве разнообразные документы – жалобы, протоколы обысков, доклад о результатах ревизии и другие – дают уникальную возможность не только вникнуть в детали данного дела, но и воссоздать практику формальных и неформальных взаимоотношений между китайскими мигрантами и местным чиновничеством, включая полицию, в условиях трансграничного региона.

Российский Дальний Восток, Приамурское генерал-губернаторство, Амурская область, Благовещенск, полиция, таможня, чиновничество, китайские мигранты, Китайский квартал, коррупция, организованная преступность, межкультурное взаимодействие, иммиграционная политика.

Tatyana Z. Poznyak – Candidate of History, Senior Researcher, Institute of History, Archaeology, and Ethnology of the Nations of the Far East, Far-Eastern Branch, Russian Academy of Sciences (Vladivostok, Russia)
tzpoznyak@mail.ru

The article based on archival documents examines one of numerous corruption cases among police in Blagoveshchensk and other bureaucracy in the Russian Far East in the early 20th century. The story became public as F.I. Andreev, a retired military police officer, wrote complaints and reports to the Military Governor of the Amur Region and to the Amur General Governor about the illegal exactions that police in Blagoveshchensk imposed on secret Chinese brothels where opium-smoking and prostitution were thriving. After the inspection was undertaken in Blagoveshchensk on the initiative of the Amur General Governor, the police and other civil officers were never prosecuted for official misconduct. Given this, the author tries to present and examine the evidence relating to either of the opposing sides, those of the accuser and the accused, as objectively as possible. The author arrives at the conclusion that the case files fail to provide a definite proof (fail to testify unequivocally) that there was a permanently operating criminal association in Blagoveshchensk practicing extortion and “patronizing” underground brothels. Nevertheless, she argues that the regular character of such scandals leads one to assume that the early 20th century witnessed “a mutually beneficial cooperation” between Chinese criminality and Russian corrupted bureaucracy in Blagoveshchensk as well as other towns of the Russian Far East. The documents of various types available in the archives, such as complaints, search reports, the final inspection report, etc., provide a unique opportunity to delve deeper into the details of this case and, moreover, to reproduce the practice of formal and non-formal relationships between Chinese migrants and local officialdom, including police, in the specific conditions of the cross-border region. 

Russian Far East, Amur (Priamurskiy) General-Governorship, Amur Region, Blagoveshchensk, police, custom, officialdom, Chinese migrants, China Town, corruption, organized crime, intercultural interaction, immigration policy.

DOI: 10.24411/2072-9286-2018-00003

Бакаева Э.П. Первая конференция буддистов Калмыкии и Астраханской области: Предыстория и решения (1988 – 1991 годы)
Bakaeva E. The First Conference of the Buddhists of Kalmykia and the Astrakhan Region: Background and Decisions (1988 – 1991)

Бакаева Эльза Петровна – докт. ист. наук, заместитель директора Калмыцкого научного центра Российской академии наук (Элиста)
ebakaeva@yandex.ru

Статья посвящена истории первых лет возрождения буддизма в конце XX в. в Калмыкии, одной из трех «буддийских» республик России, после более чем полувекового отсутствия храмов и буддийских общин. Особенности истории возрождения буддизма в Калмыкии определены последствиями политики «воинствующего атеизма» в 1930-х гг. и насильственной депортации калмыцкого народа в восточные районы СССР (1943 – 1957 гг.), когда была прервана традиция передачи религиозного знания. С регистрации первой буддийской общины в 1988 г. начался новый этап развития буддизма в Калмыкии. К анализу привлекаются ранее не использованные документы из фондов Национального архива Республики Калмыкия. Автор, принимавшая участие в первых акциях буддийской общины и наблюдавшая процессы, происходившие в среде верующих, также обращается к записям, хранящимся в ее личном архиве. Эти уникальные источники позволили раскрыть предысторию и решения Первой конференции буддистов Калмыкии и Астраханской области (1991 г.), которая определила путь дальнейшего развития буддизма в одной из буддийских республик России и стране в целом. Особое внимание уделяется вопросам становления регионального объединения буддистов и обретения им самостоятельного статуса, что способствовало превращению Республики Калмыкия в крупный центр российского буддизма. Автор приходит к выводу, что становление Объединения буддистов Калмыкии было обусловлено историческими условиями и стало возможным в результате процессов демократизации общества в России в 1990-е гг.

Калмыкия, религиозная политика, религиозное возрождение, буддизм, буддистское духовенство, калмыцкий буддизм, хурул, Элиста.

Bakaeva Doctor of History, Deputy Director, Kalmyk Scientific Center, Russian Academy of Sciences (Elista, Republic of Calmykia, Russia)
ebakaeva@yandex.ru

The article is devoted to the first years of the revival of the Buddhism at the end of the 20th century in Kalmykia, one of the three “Buddhist” republics of Russia, after more than half a century existence without Buddhist temples and communities. The history of the Buddhism revival in Kalmykia was affected by the “militant atheism” policy pursued in the 1930s and forced deportation of the Kalmyk people to the eastern regions of the USSR (1943 – 1957), after the tradition of transferring religious knowledge was interrupted. With the registration of the first Buddhist community in 1988, a new stage was launched in the development of the Buddhism in Kalmykia. The research is based on previously non-used documents from the collections of the National archives of the Republic of Kalmykia. The author who took part in the first activities of the Buddhist community and personally witnessed the processes undergoing in it refers to the records from her personal archive. These unique sources highlight the pre-history and the decisions of the First Conference of the Buddhists of Kalmykia and the Astrakhan Region (1991), which determined the path of further development of Buddhism in one of the Buddhist republics of Russia and the entire country. The author pays special attention to the formation of the regional Association of the Buddhists and their gaining an independent status, which made the Republic of Kalmykia the major centre of Russian Buddhism. The author comes to the conclusion that the Association of the Buddhists of Kalmykia was formed under specific historical conditions as a result of democratization processes in Russia in the 1990s.

Kalmykia, religious policy, religious revival, Buddhism, Buddhist clergy, Kalmyk Buddhism, khurul, Elista (City of).

DOI: 10.24411/2072-9286-2018-00004

Российская повседневность

Белова А.В.«Я страшно зла на мою мать»: Репродуктивное соперничество в семьях российских дворян XVIII – XIX веков
Belova A. “I Am Terribly Angry at my Mother”: Reproductive Rivalry in Russian Noble Families, 18th – 19th Centuries

Белова Анна Валерьевна – докт. ист. наук, профессор Тверского государственного университета
belova_tver@rambler.ru

В статье рассматриваются особенности репродуктивного поведения дворянок, обусловленные спецификой гендерной социализации в условиях российского общества. Впервые в отечественной историографии модель отношений «мать – дочь» интерпретируется как репродуктивное соперничество, обусловленное воспроизводством властных иерархий в дворянской семье XVIII – XIX вв. Автор приходит к выводу, что сексуальное взросление как наиболее консервативный аспект социализации дворянок, пронизанный наследием патриархальных норм и представлений, составляло основу традиционной репродуктивной культуры представительниц привилегированного сословия. Модернизация дворянского общества не затронула такую консервативную сферу, как репродуктивные отношения. Политики воспроизводства характеризовались неограниченным числом деторождений, одобряемым предпочтением мужского потомства перед женским, практически полным совпадением биологического и социального репродуктивных периодов у женщин. Следствием этого становилось своеобразное «стирание границ» между поколениями сравнительно «молодых» матерей, не вышедших из фертильного возраста, и их старших дочерей, уже вступивших в него. Способность к деторождению уравнивала мать и дочь в репродуктивном отношении и порождала более или менее выраженную конкуренцию между ними, сдерживаемую моральными табу и властным диктатом. Репродуктивное соперничество являлось следствием сравнительно низкого брачного возраста дворянок, воспроизводимого каждым следующим поколением.

Российское дворянство, дворянка, женская повседневность, семейные отношения, репродуктивное поведение, репродуктивная культура, сексуальность, материнство, гендерная социализация, гендерная история, женская история.

Anna V. Belova – Doctor of History, Professor, Tver State University (Tver, Russia)
belova_tver@rambler.ru

The article examines the specific features of the reproductive behaviour of noblewomen in relation to gender socialization in Russian society. This is the first study in Russian historiography to interpret the “mother – daughter” relation model as a reproduction rivalry determined by power hierarchies replicated in the noble family of the 18th – 19th centuries. The author comes to the conclusion that sexual maturity as the most conservative aspect of noblewomen’s socialization imbued with patriarchal norms and ideas formed the foundation of traditional reproductive culture of the female representatives of the privileged class. The modernization of noble society did not affect such conservative sphere as reproductive relationships. Reproduction policies were marked by an unlimited number of childbirths, with male offspring accepted as preferable compared to the female one, and by an almost full coincidence between biological and social reproductive periods among women. This resulted in a certain “deletion of boundaries” between the generations of comparatively “young” mothers who did not come out of fertile age and their elder daughters who already entered into fertile age. The childbearing ability was what equated a mother and a daughter in relation to reproduction and autocracy which was reproduced in each of the following generation.

Russian nobility, noblewoman, women’s everyday life, family relationships, reproductive behavior, reproductive culture, sexuality, motherhood, gender socialization, gender history, Women’s history.

DOI: 10.24411/2072-9286-2018-00005

 

Россия и мир

Попов А.А. Из истории Совета Экономической Взаимопомощи: Проекты долевого участия в сырьевом секторе (1950-е – 1960-е годы)
Popov A. From the History of the Council for Mutual Economic Assistance: Share Participation Projects in the Raw-Materials Sector (1950s – 1960s)

Попов Алексей Алексеевич – канд. ист. наук, доцент Южно-Уральского государственного университета (Челябинск)
aapopov@susu.ru

В 1950-е – 1960-е гг. возникали и исчезали различные формы экономического сотрудничества между стран Совета Экономической Взаимопомощи (СЭВ). Одной из малоизученных форм в отечественной и зарубежной историографии были проекты долевого участия в сырьевом секторе. В статье на основании ранее неизвестных документов СЭВ и Госплана СССР рассмотрены основные проекты долевого участия и попытки разработки нормативной базы для них в рамках СЭВ. Эти документы приводят к выводу, что развитие проектов долевого участия было обусловлено ситуацией на рынках важнейших для индустриализации ресурсов. В статье показано, что большая часть проектов была реализована в угледобыче и добыче руд цветных металлов, при параллельной активной работе СЭВ по устранению дефицита данных видов сырья. Проанализированы попытки стандартизации условий проектов долевого участия в документах СЭВ в середине 1960-х гг. в контексте формирования системы «социалистического разделения труда». Также проанализированы причины провала этих попыток, несмотря на общее повышение эффективности работы СЭВ. Делается предположение о том, что снижение числа новых проектов к концу 1960-х гг. и отказ от нормативного регулирования долевого участия были связаны с утратой странами-членами СЭВ экономических стимулов для подобной формы сотрудничества.

Социалистический лагерь, Совет экономической взаимопомощи (СЭВ), плановая экономика, сырьевая отрасль, угледобыча, экономическая интеграция, долевое участие, Н.С. Хрущев.

Aleksey A. Popov – Candidate of History, Senior Lecturer, South Ural State University (Chelyabinsk, Russia)
aapopov@susu.ru

The 1950s and 1960s saw the appearance and disappearance of various forms of cooperation among the member-states of the Council for Mutual Economic Assistance (CMEA). One of such forms of cooperation, so far, insufficiently explored both in Russian and foreign historiography were share participation projects in the raw-materials (commodity) sector. The article based on previously unknown documents of the CMEA and Gosplan of the USSR examines the key share participation projects and their draft regulations in the framework of the CMEA. These documents lead to the conclusion that the development of the share participation projects reflected the situation on the market concerning those resources (commodities) which were vital for industrialization. The author shows that the projects were largely implemented in coal and non-ferrous metal ores mining, with a parallel activity going on to eliminate the shortage of these raw-materials. The author analyzes the CMEA documents revealing the efforts to standardize terms and conditions in the CMEA share participation projects in mid-1960s in the context of “the socialist division of labour” system. Also, the article considers the reasons why those efforts failed, even though the total efficiency of the CMEA work increased. The number of new projects decreased by the late 1960s and the legal regulation for share participation was not effected because the CMEA member-states lost their economic interests in this form of cooperation, argues the author.

Socialist camp (Eastern Bloc), Council for Mutual Economic Assistance (CMEA), planned economy, raw-materials branch, coal mining, economic integration, share participation, Nikita S. Khrushchev.

DOI: 10.24411/2072-9286-2018-00006

 

События и судьбы

Бутырин Д.А.Подполковник А.Д. Заварицкий и Владивостокское восстание 1907 года
Butyrin D. Lieutenant-Colonel Anatoliy Zavaritskiy and the Vladivostok Uprising of 1907

Бутырин Дмитрий Александрович – кандидат культурологии, доцент Дальневосточного федерального университета (Владивосток)
www1979@mail.ru

Имя жандармского подполковника А.Д. Заварицкого, который служил во Владивостоке, стало известно по всей России после того, как в ноябре 1908 г. военный суд приговорил его к трем годам тюремного заключения. Суд признал его виновным в том, что в ходе борьбы с подпольными революционными организациями он использовал провокацию и подлог в корыстных целях. Стараниями либеральной прессы и либеральной антиправительственной оппозиции этот жандармский офицер был превращен в злого гения политического розыска, который из карьерных соображений погубил десятки людей. Однако документы Министерства внутренних дел Российской империи, которые сохранились до наших дней, позволяют спустя 110 лет поставить под сомнение справедливость приговора. Эти документы, которые в большинстве своем прежде не были известны историкам, позволили автору куда более объективно раскрыть личность и трагическую судьбу Заварицкого, а также подробно осветить его действительную роль во Владивостокском восстании 1907 г. Эти документы не позволили автору прийти к твердому выводу, совершил жандармский подполковник или не совершил те деяния, в которых он был обвинен и за которые был осужден. Однако он вполне прояснил те условия, в силу которых возникло «дело подполковника Заварицкого». Стало очевидно, что организация политического розыска во Владивостоке страдала серьезными недостатками. Различные «служебные» факторы мешали полковнику Заварицкому и его коллегам эффективно бороться с политической преступностью. Решающими из этих факторов были: бюрократизм, который царил в полицейских и жандармских учреждениях, конфликтные взаимоотношения между военными, полицейскими и судебными властями Владивостока, а также противоречия между Министерством внутренних дел и Министерством юстиции.  

Революция 1905–1907 гг., Владивостокское восстание 1907 г., Министерство внутренних дел, Департамент полиции, Отдельный корпус жандармов, губернское жандармское управление, охранное отделение, жандармский офицер, политическая полиция, политический розыск, Приморская область, Владивосток, Владивостокская крепость, В.Е. Флуг.

Dmitriy A. Butyrin – Candidate of Cultural Sciences, Senior Lecturer, Far Eastern Federal University (Vladivostok, Russia)
www1979@mail.ru
       
The name of Lieutenant-Colonel Anatoliy D. Zavaritskiy, a gendarme officer from the city of Vladivostok, became familiar throughout Russia after he was sentenced to three years of prison by a military tribunal in 1908. He was found guilty of provocation and fraud used for his personal gain as he was fighting against underground revolutionary associations. Thanks to the efforts of the liberal press and anti-government liberal opposition, this gendarme officer was transformed into the evil genius of political search (political investigation) who had destroyed dozens of people to further his career ambitions. However, the archival documents of the Ministry of Internal Affairs of the Russian Empire preserved intact until today were used to question the fairness of the verdict 110 years from now. These documents which were mostly unknown to historians before allowed the author to provide Zavaritskiy’s much more objective portrait and to reveal his tragic destiny highlighting his real role in connection with the uprising of 1907 in Vladivostok. The data in question did not lead the author to a definite conclusion as to whether Lieutenant-Colonel Zavaritskiy performed or did not perform the deeds he was accused and convicted of. Nevertheless, light was shed on the circumstances causing the appearance of “Colonel Zavaritskiy’s case”. The evidence shows that political search activity in Vladivostok had serious shortcomings. There were a number of different “professional” factors that did not enable Zavaritskiy and his colleagues to efficiently combat political crimes. The main ones among them comprised red-tape that reigned in police and gendarme institutions, confrontational relationships among military, police and judicial authorities in Vladivostok as well as conflicts between the Ministry of Internal Affairs and the Ministry of Justice.

Russian Revolution of 1905, Vladivostok uprising of 1907, Ministry of Internal Affairs, Police Department (of the Ministry of Internal Affairs), Separate Gendarme Corps, Province Gendarme Department, Security Department (Okhranka), gendarme officer, political police, political search (political investigation), Primorsky region (Primorye), Vladivostok (City of), Vladivostok Fortress, General Vasiliy E. Flug.

DOI: 10.24411/2072-9286-2018-00007

Карпенко С.В., Новосёлова В.В., Пугачева Н.А., Шалацкая Е.П. Астраханские писатели и обком партии: Путь от литературного объединения к областной писательской организации (начало 1960-х годов) 
Karpenko S., Novoselova V., Pugacheva N., Shalatskaya E. Astrakhan Writers and the Astrakhan CPSU Regional Committee: The Path from a Literary Association to a Regional Writer’s Organization (the early 1960s)

Карпенко Сергей Владимирович – канд. ист. наук, профессор Российского государственного гуманитарного университета (Москва)
skarpenk@mail.ru                 

Новосёлова Виктория Владимировна – начальник Отдела использования и публикации документов Государственного архива Астраханской области (Астрахань)
astrahanarhive@yandex.ru

Пугачева Наталья Александровна – начальник Отдела использования Государственного архива современной документации Астраханской области (Астрахань)
astrahangasd@yandex.ru

Шалацкая Екатерина Павловна – и.о. директора Государственного архива современной документации Астраханской области (Астрахань)
astrahangasd@yandex.ru

В статье впервые описывается история создания Астраханской областной писательской организации, которая была основана как отделение Союза писателей Советской России в октябре 1963 г. Источниками для исследования послужили документы, сохранившиеся в государственных архивах Астраханской области и прежде не использовавшиеся историками. Кроме того, были использованы воспоминания еще живых участников и свидетелей тех событий. Основное внимание уделяется трем важнейшим факторам создания общественной писательской организации в период правления Н.С. Хрущева, когда, при сохранении монополии КПСС на политическую власть, в Советском Союзе настала кратковременная «оттепель» в политической и духовной жизни. Первый фактор – организационные усилия Астраханского обкома КПСС по созданию областной писательской организации с целью активизации идеологического воспитания «людей коммунистического будущего». Второй фактор – самодеятельность профессиональных и начинающих астраханских писателей, их активное участие в творческой и пропагандистской работе общественного Астраханского областного литературного объединения. Третий фактор – литературные дарования астраханских писателей 1960-х гг., издание их талантливых прозаических и поэтических произведений, которые быстро становились популярными среди широких читательских масс. Первым ответственным секретарем Астраханской областной писательской организации был избран Николай Поливин. Помимо него в ее первый состав вошли Александр Гаркуша, Борис Жилин, Владимир Карпенко, Федор Субботин и Борис Ярочкин.

Союз писателей СССР, Астраханская писательская организация, газета «Волга» (Астрахань), Коммунистическая партия Советского союза (КПСС), Астраханский областной комитет КПСС, «оттепель», общественная организация, писатель, астраханский писатель, Астрахань.

Sergey V. Karpenko – Candidate of History, Professor, Russian State University for the Humanities (Moscow, Russia)
skarpenk@mail.ru

Viktoriya V. Novoselova – Head of Department, State Archive of the Astrakhan Region (Astrakhan, Russia)
astrahanarhive@yandex.ru

Natalya A. Pugacheva – Head of Department, State Archive of Contemporary Documentation of the Astrakhan Region (Astrakhan, Russia)
astrahangasd@yandex.ru

Ekaterina P. Shalatskaya – Acting Director, State Archive of Contemporary Documentation of the Astrakhan Region (Astrakhan, Russia)
astrahangasd@yandex.ru

The article is the first study describing the history of creating the Astrakhan Writers’ Organization in October 1963 as an affiliate of the Writers’ Union of the Soviet Russia. The research is based on documents from the state archives of the Astrakhan Region which were never used before in historical research. Besides, the author resorted to the recollections of living participants and witnesses of those events. The article focuses on three major factors about the foundation of the public writer’s organization as the short-lived “thaw” in political and cultural life occurred during N.S. Khrushchev’s rule, with the monopoly of the CPSU for political power being fully preserved. The first factor accounted for the efforts made by the Astrakhan CPSU Regional Committee to launch a regional writers’ organization in order to intensify the ideological education of “the people of communist future”. The second factor consists in the initiative and enthusiasm shown by professional and beginning writers, their active participation in the creative and outreach activities of the public regional literary union of Astrakhan. The third factor is the literary giftedness of the Astrakhan authors of the 1960s, the publication of their talented poetical and prosaic works which quickly became popular with a massive readership. The first secretary in charge of the Writers’ Organization of the Astrakhan Region was Nikolai Polivin, with Alexander Garkusha, Boris Zhilin, Vladimir Karpenko, Fyodor Subbotin and Boris Yarochkin being its first board members.  

USSR Union of Writers, Astrakhan Writers’ Organization, Volga newspaper (Astrakhan), Communist Party of the Soviet Union (CPSU), Astrakhan CPSU Regional Committee, Khrushchev Thaw, non-governmental organization, writer, Astrakhan writer, Astrakhan (City of).

DOI: 10.24411/2072-9286-2018-00008

У книжной полки

Kats N., Storella C. Jews, Germans, and Poles in Siberia: New Research in the Study of the Siberian Population in the 19th – Early 20th Centuries
Кац Н.Г., Сторэлла К.Дж. Евреи, немцы и поляки в Сибири: Новое в изучении сибирского народонаселения XIX – начала XX веков

Naum G. Kats – Professor, Department of History, Carnegie Mellon University (Pittsburgh, PA, USA)
kats@andrew.cmu.edu

Carmine J. Storella – Adjunct Instructor, Department of History, Carnegie Mellon University (Pittsburgh, PA, USA)
caro@pitt.edu

During the Soviet era, historical research into the sensitive question of so-called “non-titled” national minorities endured a forced hiatus.  Since the post-Soviet opening of formerly closed archives serious historical study of the experiences of these groups has undergone a rebirth.  In the context of the contemporary historiography, Vladimir Shaydurov, a leading expert on Siberia and its diaspora populations, examines the history of three ethnic groups – Jews, Germans, and Poles – that resettled in or were exiled to Siberia from various parts of European Russia.  A native Siberian, Shaydurov places heavy emphasis on the legal, social, and economic framework established by Imperial nationality policy during the 19th and early 20th centuries, and shows how the minority communities, as well as local Siberian officials, maneuvered within this framework to establish themselves in their new surroundings.  The legal issues were particularly significant for Jews from the Pale of Settlement, and Poles exiled as punishment for their revolutionary activities.  Shaydurov also provides an extremely valuable, highly detailed, and often fascinating review of pre-revolutionary, Soviet, and post-Soviet historiography on each of these groups.  Shaydurov finds that Siberia served the resettled populations as a sort of “melting pot” in which various groups could not only interact more easily, but also enjoy a degree of economic opportunity, and even financial or professional success, rarely possible in the European parts of the Empire.  This book may be profitably read by specialists as well as non-scholars who have an interest in Siberia or in any of the ethnic groups under discussion. 

Siberia, Jews, Germans, Poles, national community, diaspora, nationality policy, anti-Semitism, Pale of Settlement, political exile, historiography, Vladimir N. Shaydurov.

Кац Наум Григорьевич – профессор кафедры истории Карнеги–Меллон университета (Питтсбург, США)
kats@andrew.cmu.edu

Сторэлла Кармин Джон – преподаватель кафедры истории Карнеги–Меллон университета (Питтсбург, США)
caro@pitt.edu

В советскую эпоху исследование острого и болезненного вопроса – истории так называемых «не титульных» национальных меньшинств в России и СССР – пережило вынужденную паузу. После горбачевской перестройки открытие для исследователей ранее недоступных архивных документов создало широкие возможности для глубокого изучения прошлого этих групп населения. В контексте современной историографической ситуации авторы статьи оценивают новую книгу российского историка В.Н. Шайдурова, одного из ведущих специалистов по истории этнических групп Сибири. В его книге исследуется история трех этнических групп – евреев, немцев и поляков, которые переселялись в Сибирь из разных уголков Европейской России. По оценке авторов статьи, В.Н. Шайдуров, сам сибиряк, создал чрезвычайно ценный, очень подробный и часто увлекательный историографический обзор дореволюционной, советской и постсоветской российской литературы о судьбе каждой из этих этнических групп в Сибири. В.Н. Шайдуров уделил большое внимание правовым, социальным и экономическим аспектам национальной политики правительства Российской империи в течение XIX – начала XX вв. По мнению авторов статьи, это дало историку возможность всесторонне показать, как сами национальные общины пытались в рамках, установленных имперским правительством, устроить свою жизнь в новых условиях и в новом окружении. Вместе с ними маневрировали в этих же рамках и местные власти Сибири, решая вопросы, связанные с этими тремя национальными меньшинствами. Правовые вопросы были особенно важны для евреев, прибывших из-за черты оседлости, а также для поляков, которые были высланы в Сибирь в виде наказания за участие в национально-освободительной и революционной борьбе. Авторы статьи считают обоснованным мнение В.Н. Шайдурова о том, что Сибирь стала своего рода «плавильным котлом», в котором евреи, немцы и поляки могли не только легче взаимодействовать друг с другом, но также достичь материального благополучия, коммерческого и профессионального успеха, редко возможных для них в Европейской части Российской империи.

Сибирь, евреи, немцы, поляки, национальная община, диаспора, национальная политика, антисемитизм, черта оседлости, политическая ссылка, историография, В.Н. Шайдуров.

DOI: 10.24411/2072-9286-2018-00009

Вверх

Антибольшевистская Россия Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru