Новый исторический вестник

2014
№40(2)

ПОДПИСАТЬСЯ КУПИТЬ НАПЕЧАТАТЬСЯ РЕДКОЛЛЕГИЯ EDITORIAL BOARD НОВОСТИ ФОРУМ ИЗДАТЬ МОНОГРАФИЮ
 №1
 №2
2000
 №3
 №4
 №5
2001
 №6
 №7
 №8
2002
 №9
2003
 №10
 №11
2004
 №12
 №13
2005
 №14
2006
 №15
 №16
2007
 №17
2008
 №18
 №19
2009
 №20
 
 №21
 
 №22
 
 №23
2010
 №24
 
 №25
 
 №26
 
 №27
2011
 №28
 
 №29
 
 №30
 
 №31
2012
 №32
 
 №33
 
 №34
 
 №35
2013
 №36
 №37
 №38
 №39
2014
 №40
 
 №41
 
 №42
 
 №43
2015
 №44
 №45
 №46
 №47
2016
 №48
 №49
 №50
 №51
2017
СОДЕРЖАНИЕ
  ЖУРНАЛ РОССИЙСКОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО ГУМАНИТАРНОГО УНИВЕРСИТЕТА

У КНИЖНОЙ ПОЛКИ
BOOK REVIEWS

Н.Г. Кац
N. Kats

 «ВОЗБУЖДЕНИЕ В НАСЕЛЕНИИ НЕУВАЖЕНИЯ И ВРАЖДЕБНОГО ОТНОШЕНИЯ К ЧИНАМ ПРАВИТЕЛЬСТВА»:
СТРАНИЦА ГАЗЕТНОЙ ВОЙНЫ ПРОТИВ ВЫСШИХ ЧИНОВНИКОВ ПРИАМУРСКОГО КРАЯ (191 1 – 1912 гг.)

“The Incitement of Public Disrespect and Hostility for the Government Ranks”:
A Page from A Newspaper War Against High Ranking Officials in the Amur Region (1911 – 1912)


Отмечаемый в этом году 100-летний юбилей начала Первой мировой войны, как и подготовка к предстоящему в следующем году 70-летию окончания Второй мировой войны вызвали значительный интерес среди гуманитариев разных специальностей и разных стран. Новые исторические исследования, произведения художественной литературы, пьесы на сценах театров мира, музыкальные произведения – трудно даже перечислить все возможные направления в гуманитарном и художественном творчестве, авторы которых пытаются выразить свое восприятие этих трагедий в истории человечества. Школы и университеты практически во всех странах мира предлагают студентам специальные курсы и программы по углубленному изучению истории мировых войн. Первая мировая война – или, как ее было принято называть в России, Великая война – во многом сформировала всю историю ХХ в., а следовательно и тот мир, в котором мы живем сегодня. Многие, если не все важнейшие события мировой, в том числе и российской истории, корнями своими уходят к событиям, начало которым положил выстрелы, произведенные в Сараево Гаврилой Принципом 28 июня 1914 г.

К сожалению, 100-летний юбилей Первой мировой войны совпал с небывалым за последние 25 лет ростом напряженности в мире. Усиление конфронтации на международной арене – особенно между Россией и США, ведущими державами XХI в. – возродило, казалось бы, забытую риторику времен Холодной войны. Более того, в средствах массовой информации, в частности в Интернете, уже открыто дискуссируются Новая Холодная война между Россией и Западом, встречаются даже леденящие прогнозы возможно предстоящей Третьей мировой войны.

Хорошо известно, как легко началась Первая мировая война и какие трагические последствия она имела для судеб цивилизации. Даже близкие родственные связи между имперскими домами России, Германии, Австро-Венгрии и Англии не смогли охладить военного пыла тех, кто рвался к осуществлению своих безумных планов. 

В этой связи важнейшая задача историков, особенно российских и американских, состоит сейчас в том, чтобы дать правильную, объективную оценку истоков и исторических событий Первой мировой войны, особенно ее начального периода. Думается, что решение этой, в общем-то непростой, задачи внесет свой вклад в поиск выхода из сегодняшней конфронтации на политическом и идеологическом фронтах. Выход в свет новых исторических трудов и переиздание старых позволяют надеяться на это [1].

Одним из важнейших эпизодов начального периода Первой мировой войны стала зимняя кампания 1915 г. в Карпатах. Эта кампания по своим бессмысленным жертвам и потерям является наиболее трагической страницей войны. Вот почему многие историки сравнивают ее со Сталинградской битвой. Карпатская кампания зимы 1915 г. в то же время стала наглядным примером того, к каким трагическим последствиям может привести неэффективность военного командования.

В этом еще раз убеждаешься, знакомясь с документами, содержащимися в недавно опубликованной монографии американского историка Грэйдона Тунсталла «Кровь на Снегу: Карпатская зимняя война 1915 г.» [2]. Автор ввел в научный оборот новые, ранее нигде не использованные документы, хранящиеся в коллекциях военных архивов Австрии и Венгрии. Эти документы позволяют раскрыть основные моменты и многие яркие детали боевых действий русской императорской армии на Восточном фронте Первой мировой  войны  с осени 1914 до ранней весны 1915 гг.

Еще до начала войны как российские, так и западно-европейские стратеги рассматривали Карпатские горы только как зону, через которую армии, в случае необходимости, должны будут двигаться и маневрировать в направлении к полям сражений. Никто не мог предвидеть, что Карпатские горы станут одним из наиболее важных плацдармов, на котором будет решаться судьба Восточного фронта. Для русской армии контроль над Галицией, которая простиралась за пределы Карпатских хребтов и через которую протекали три важные водные артерии – Днестр, Молдова и Черемош, – представлял особый стратегический интерес. К тому же было хорошо известно, что Австро-Венгерская империя не уделяла достаточного внимания развитию отдаленных от политических центров империи регионов, и, как результат, Галиция, не имела ни хороших дорог, ни развитой железнодорожной сети. Вот почему в ходе Карпатской капании зимы 1915 г. контроль над пятью главными горными перевалами (Вышковский, Лупковский, Бескидский, Ужокский и Дукельский) сыграл особо важную роль. Так, Дукельский перевал, шириной около 40 км и протяженностью в 60 км, обеспечивал русские армии всем необходимым для наступательных операций, в то время как потеря австро-венграми контроля над Ужокским перевалом, захваченным в январе 1915 г. русской армией, лишила австро-венгерские войска как возможности быстрого маневрирования, так и доставки необходимых резервов и боеприпасов на фронт. 

Карпатский горный хребет, аркой простирающийся на северо-западе от Чешской Республики к Словакии, Польше, Венгрии и на западе к Румынии и, наконец, на юге к Сербии, оставит устрашающие воспоминания в памяти тех немногих, кто выстоит и уцелеет осенью 1914 г. и зимой 1915 г. Г. Тунсталл полагает, что кампания в Карпатах стала антитезой окопной войне на Западном фронте. Тяжелые климатические условия, включая проливные дожди осенью и снежные заносы и оледенения зимой, не оставляли воюющим сторонам времени для отдыха. Легочные и кишечные заболевания, эпидемии холеры, массовые случаи обморожения выводили из строя и убивали тысячи солдат и офицеров. С ноября 1914 г. по апрель 1915 г. не только вершины Карпат, но и все горные перевалы оставались заваленными снегом. Снабжение армий продовольствием и боеприпасами, эвакуация раненых и больных как и любое передвижение через покрытые льдом и снегом горные хребты и перевалы и, особенно, наступления на широком фронте, зачастую требовали нечеловеческих усилий. К тому же, ежедневная рутина, требовавшая очистки дорог и перевалов от снега и ремонта поврежденных неприятелем укреплений, физически и морально ослабляла участников кампании.

Новые архивные документы позволяют говорить и о том, что тяжелые климатические и географические условия кампании способствовали развитию боевых и посттравматических стрессов во всех армиях, сражавшихся в Карпатах. Нередко люди «уходили в себя», им было чрезвычайно трудно общаться с теми, кто был рядом, кто прошел через то же горнило боевого опыта. Недостаток сна, как следствие тяжелых условий, особенно зимой, когда солдаты ночами старались не заснуть, чтобы избежать обморожения, также способствовал дальнейшей психологической травме [3].

В Карпатской зимней кампании человеческий фактор сыграл, конечно, решающую роль. Здесь, в Карпатах, за сражавшимися армиями трех держав стояли две диаметрально противоположные военные стратегии. Носителем первой был военный теоретик, начальник генерального штаба австро-венгерских войск генерал Франц Конрад фон Гетцендорф. Еще в самом начале войны генерал решил сосредоточить около 40 % австро-венгерской армии для наступления на Сербию с целью раздавить ее. Однако вступление в войну России серьезно осложнило выполнение первоначальных планов: война с Россией была невозможна без военной помощи и поддержки со стороны Германии. Тем не менее, сама мысль об этом вызывала отвращение у Гетцендорфа. Вот почему мобилизация австро-венгерской армии была произведена таким образом, чтобы обеспечить значительную концентрацию сил против численно превосходивших русских армий. Несмотря на все попытки, австрийскому военному командованию так и не удалось решить задачу обеспечения регулярных войск, и в первую очередь пехоты, артиллерийской поддержкой. Слабая артиллерия австро-венгерской армии, хронические перебои в снабжении частей снарядами, как и неумелый ремонт орудий и прочего оборудования – все вместе взятое, вкупе с экстремальными погодными условиями, способствовало неудачам в осуществлении стратегических планов австро-венгерского командования.

Как показано в книге Г. Тунсталла, осенью 1914 г. перед Гетцендорфом встали две серьезные задачи: любой ценой предотвратить вторжение русской армии в Венгрию и в тоже время деблокировать крепость Перемышль с гарнизоном, насчитывавшим около 120 000 человек, осажденную русской армией. Гетцендорф испытывал давление со стороны императора Франца Иосифа, который, как известно, настаивал на скорейшем освобождении крепости, и когда после долгой осады 22 марта 1915 г. крепость была взята русской армией, император рыдал [4].

К концу 1914 г., игнорируя протесты союзника, кайзеровской Германии, и не прислушиваясь к мнениям других генералов, Хетхцендорф принял решение начать наступательную операцию в Карпатских горах, несмотря на необходимость обеспечить поредевшие ряды своих армий новыми подкреплениями и боеприпасами, и даже не дав солдатам возможности хотя бы немного отдохнуть. Таким образом, коренным недостатком всей стратегии Хетхцендорфа была ее несовместимость с реальной ситуацией и состоянием дел в австро-венгерских армиях. Эта стратегия апеллировала только к наступательным действиям и, как результат,  вела к экстремальным потерям, которые, конечно, можно было бы избежать.

Командующий армиями русского Юго-Западного фронта генерал Николай Иудович Иванов был полной противоположностью Францу Конраду фон Гетцендорфу. Он трезво оценивал реальное положение вещей и хорошо понимал, что его армии, численно превосходившие противника и обладавшие большей по количеству и значительно более передовой артиллерией, имеют стратегическое превосходство. И чтобы добиться даже минимального прогресса, противнику необходимо будет осуществить долгие и изнуряющие переходы с тем, чтобы нанести удары по флангам российских армий. Старательно избегая окружений, а иногда и отступая в последний момент, Н.И. Иванов всегда заботился об укреплении передовых оборонительных позиций своих армий. В то же время генерал хорошо понимал, что скорейшая атака против армий Австро-Венгрии, до того как подоспеют более передовые кайзеровские армии, в случае успеха, стимулирует правительства Италии и Румынии вступить в войну на стороне Антанты и откроет российским армиям дорогу на Венгрию. Успех наступления в Карпатах поможет обеспечить и вторжение на территорию Германии.

Еще 13 ноября 1914 г. Ставка верховного главнокомандующего потребовала от Н.И. Иванова подготовить и представить детальную оценку ситуации на Карпатском участке фронта и объяснить, почему необходимо срочно посылать туда подкрепления. Вопреки решению, принятому на встрече высшего командного состава русской армии 17 января 1915 г. в польском городке Седльце, о начале наступательных операций против Германии, Н.И. Иванов сосредоточил внимание на подготовке к оборонительной операции в Карпатах, чтобы обеспечить все необходимые условия для наступления на Венгрию. (После окончания войны многие русские генералы обвиняли Н.И. Иванова в том, что он своим решением не дал возможности прорыва и победы на германском фронте) [5].

Анализируя Карпатскую кампанию, автор рассматривает ее по основным периодам. Таковых он выделяет четыре. Прежде всего, подготовительный период (ноябрь – декабрь 1914 г.), когда стороны готовились к наступательным операциям и обороне. Далее – второй период (2–3 января – начало февраля 1915 г.), который знаменовался провалом первой наступательной операции австро-венгерских армий в Карпатах. Третий период (27 февраля – середина марта 1915 г.), когда, впервые с начала войны в Карпатах, генерал Хетхцендорф, благодаря мобилизации резервистов, смог сосредоточить силы, превышающие численность русских армий и начать второе наступление на Карпатском фронте, однако неподготовленность резервистов, стратегические ошибки Хетхцендорфа, как и боевые качества и тактика русских армий вкупе с тяжелыми горно-климатическими условиями привели к провалу наступления. Наконец, последний, четвертый, период, с конца марта 1915 г., который начался взятием русской армией крепости Перемышль, началом продвижения в направлении Венгрии и закончился Горлицко-Тарновской операцией (Горлицкий прорыв) в июне 1915 г., в результате которой, благодаря численному превосходству австро-немецких войск и тактическим ошибкам генерала Н.И Иванова, был прорван русский фронт и все успехи Российских армий в Карпатской кампании были сведены практически на нет [6].  

Все три наступательных операции против русских армий Юго-Западного фронта, которые габсбургское командование осуществляло в ходе Карпатской зимней кампании, имели одну общую характеристику: они были недостаточно подготовлены и продуманы в процессе планирования; не было сделано даже попытки создания значительного перевеса сил в районах предстоящего наступления и, наконец, всегда ощущался недостаток резервных войск, необходимых для того, чтобы закрепить даже небольшие победы на фронте.

Новые документы, найденные Г. Тунсталлом в австрийском и венгерском военных архивах позволили осветить многие еще до конца не изученные стороны Карпатской кампании. Так, стало ясно, что одной из причин неудач австро-венгерских армий в Карпатах в январе–феврале 1915 г. явилась политическая неблагонадежность резервистов. Многие чешские, румынские и украинские резервисты, под влиянием антивоенной и анти-австрийской пропаганды, дезертировали с поля боя или, как в случае с солдатами чешского 28-го пехотного полка, состоявшего в основном из жителей Праги, неоднократно пропускали через свои позиции русских солдат, даже не сделав единственного выстрела. За исключением Брусиловского прорыва летом 1916 г. как и последних месяцев войны, пожалуй, не было еще других случаев, когда бы представители славянских народов в армии противника так приветствовали и помогали русским солдатам, как это имело место во время Карпатской кампании зимы 1915 г. Автор даже говорит об открытой симпатии солдат славянского происхождения, видевших в Габсбургской монархии врага и поработителя славян, к русским [7]. Поэтому неудивительно, что австро-венгерские войска, дислоцированные в районах с преобладающим славянским населением, были вовлечены в параноидный поиск и наказание шпионов и, как результат, сотни мирных жителей, объявленных «пособниками врага», были обвинены в шпионаже и повешены.

В ходе второго периода войны в Карпатах, в связи с огромными людскими потерями и прибытием новых резервистов, прошедших лишь короткую подготовку, часто с деревянным ружьем, многие австро-венгерские солдаты были переведены из полков, построенных на традиционном территориальном принципе, позволявшем солдатам одной языковой группы быть вместе, в новые полки, объединявшие представителей разных национальностей. Это политика, как показано в исследовании Г. Тунсталла, также имела вредные последствия для австро-венгерской армии: десятки языков, на которых говорили солдаты, в боевой обстановке вели к непониманию приказов офицеров и, зачастую, к панике. Нередко целые батальоны переходили на сторону русских. Многие чешские солдаты, перебежавшие к русским, служили в разведке русских армий и, в свою очередь, обращались с призывами к товарищам дезертировать и переходить на сторону России [8].

Зачастую неумелое использование новейших средств связи, прежде всего радио, вело к разгадыванию планов противника. Так, немецкому командованию на Восточном фронте удалось подслушать через радиосвязь важную информацию касательно планов русского командования о готовящемся наступлении на германском фронте и о создании новой армии на юге, у границ Германии. Немедленной реакцией германского главнокомандования было решение о наступлении с целью нейтрализовать вновь созданную 10-ю русскую армию, вынудило ее отступить и позволило немцам нанести удары по флангам русских войск. Тем временем Ставка главковерха приняла решение об усилении тех флангов 1-й армии, которым угрожал немецкий прорыв, и 1 марта 1915 г. она начала успешное наступление против группы немецких войск, вынудив их спешно побросать свои позиции [9].

Раскрывая роль человеческого фактора, Г. Тунсталл использовал новые материалы, освящающие героизм и благородство русских солдат. Так, действовавшая в составе австро-венгерской армии венгерская дивизия Хонведа отличалась особой жестокостью. Правилом для солдат этой дивизии было не проявлять жалости к противнику, не брать, а убивать пленных. Вот почему на участках фронта, где только появлялась эта дивизия, столкновения с ней всегда носили ожесточенный характер, а исход сражений и стычек в конечном итоге зависел от того, кто победил в рукопашной. Зная это, русские солдаты никогда не сдавались дивизии Хонведа. И даже тогда, когда враг проникал в их траншеи, борьба шла до конца, пока последний русский солдат не погибал в рукопашной схватке [10]. Тем не менее, благодаря новым архивным изысканиям, стало известно, что в одном из сражений марта 1915 г. русской армии все-таки удалось окружить основные позиции этой дивизии.

Повседневная военная обстановка на Карпатском фронте зависела от многих, зачастую самых простых факторов: таких как обеспечение солдат чистой одеждой, возможностью помывки, снабжение провиантом и т.д. Новые архивные материалы позволили, в частности, узнать и о том, как австро-венгерская армия из-за отсутствия мер санитарно-гигиенического контроля постоянно страдала от массовых инфекционных заболеваний. Солдаты и офицеры много месяцев не имели возможности помыться и даже сменить нижнее белье. Снабжение продовольствием было также более чем неудовлетворительным и было возможным только в ночное время. Русские солдаты часто знали имена кашеваров и разносчиков пищи на передовых линиях противника, а русские снайперы никогда не стреляли в тех австро-венгерских солдат, которые доставляли провиант на передовые позиции [11].

И еще один малоизвестный факт ярко характеризует русских солдат-участников Карпатской кампании: в драматические дни осады Перемышля, в Пасхальное воскресенье 1915 г., безоружные русские солдаты с пасхальными подарками перелезли в окопы габсбургских войск, чтобы поздравить противника с католической Пасхой. Благодарные австро-венгерские солдаты, в свою очередь, поздравили русских солдат с православной пасхой [12]. Сведения о «пасхальных братаниях», заметим, появились и в современной российской историографии [13].   

В целом, как показано в новой книге американского историка, все попытки Габсбургской империи осуществить прорыв на Карпатском фронте в январе–апреле 1915 г. разбились в первую очередь о героизм и самопожертвование русских солдат и офицеров. Архивные материалы свидетельствуют и о том, что генерал Хетхцендорф явно недооценил как способности русского командования быстро и эффективно парировать все его тактические приемы, так и значительно более высокую выживаемость и приспособляемость русских солдат к зимним условиям в Карпатах. В защиту генерала, вероятно, можно сказать то, что, планируя кампанию, Хетхцендорф не имел никакой исторической модели, никакого прецедента, который бы служил индикатором потенциальных ужасающих последствий его решения. Одним из результатов кампании, ее величайшей трагедией стали психологическая и физическая травмы, через которые прошли все те, кто выжил, независимо от того, на чьей стороне они воевали.

В центр своей стратегии австро-венгерское командование поставило оборону крепости Перемышль. Документы, хранящиеся в австрийском военном архиве, позволили по-новому оценить драматические моменты осады крепости русской армией. Первая осада крепости, гарнизон которой, как уже отмечалось выше, насчитывал около 120 000 человек, закончилась неудачей. Под натиском свежих австро-венгерских войск осаждавшие отступили от крепости. Однако провал австро-германского наступления в ходе Варшавско-Ивангородской операции и последовавшее отступление австро-венгров, создали условия для новой осады крепости русскими войсками. Крепость Перемышль в военно-техническом отношении значительно отставала от требований, предъявляемых временем. Австро-Венгерская империя не желала тратить средства на ее укрепление. Так, артиллерийские орудия, которыми защищали себя осаждавшиеся, считались антикварными. Тем не менее, крепость, о которой в Вене до войны, вероятно, знали не многие, неожиданно выросла до масштабов, символизирующих восточный бастион Австро-Венгерской империи. Значение обороны этой крепости, ставшей так неожиданно национальным символом, особенно возросло после провала операции против Сербии на Балканах в сентябре 1914 г.  

Хетхцендорф и его армии делали неоднократные попытки снятия русской блокады с крепости, но все они были тщетны. Оборонявшиеся страдали не столько от русской артиллерии и снайперов, сколько от недостатка продовольствия и, как результат, начавшегося голода и массовых эпидемий инфекционных заболеваний. Архивные документы позволяют проследить в деталях, как Хетхцендорф контролировал жизнь обороняющихся. Так, он давал директивы коменданту цитадели, когда и в каком количестве убивать лошадей, чтобы максимально продлить оборону, используя конину и фураж, предназначенный для лошадей, на питание оборонявшихся, находившихся в крепости военнопленных и оставшихся еще в живых жителей города.

К началу января 1915 г. уже не было надежды освободить крепость. Тем временем русская армия, не теряя времени, построила железнодорожную магистраль вокруг цитадели, которая в будущем позволила им легко подавлять любую попытку прорыва из крепости. Русские  также укрепили и свою оборонительную линию вокруг Перемышля на случай попыток противника прорваться к крепости и снять блокаду.  К примеру, одна из таких попыток, закончившаяся позорным провалом, была сделана уже 11 января 1915 г. Она показала, согласно официальной австрийской историографии, «жесточайшую глупость» тех, кто ее организовал и направлял [14]. 24 января И.И. Иванов доносил в Ставку главковерха о новых попытках противника прорваться к крепости и затребовал свежие резервы для укрепления своих флангов [15].

Как показывают сохранившиеся интендантские отчеты, найденные и введенные в научный оборот Г. Тунсталлом, уже к началу марта продовольствие в крепости было на исходе [16]. К тому же русская артиллерия почти безостановочно обстреливала цитадель. К 14 марта, когда русской армии удалось значительно ослабить оборону крепости на участке На-Гарош, австрийское командование приказало коменданту крепости сделать все необходимое для успеха решающей попытки прорыва из крепости, которая была назначена на 19 марта. Однако эта отчаянная попытка, благодаря мужеству осаждавших, провалилась, а в ответ последовала новая атака русской армии против бастионов крепости. 20 марта пушки крепости выпустили последние остававшиеся снаряды в сторону атакующих. По приказу коменданта, солдаты крепости бросили в реку ружья и начали уничтожать все, что противник мог бы использовать после взятия крепости [17].

22 марта 1915 г. крепость Перемышль сдалась русской армии. Сделав оборону крепости стержнем всей кампании в Карпатах зимой 1915 г., австро-венгерская армия, согласно опубликованным цифрам, потеряла по крайней мере 800 000 человек. Эти огромные потери в шесть раз превышали число осажденных в цитадели, которых пытались освободить. С момента падения крепости престиж австрийской военной доктрины и армии Австро-Венгрии в Европе упал. В то же время кайзеровская Германия смогла взять под контроль командные рычаги в руководстве австрийской военной машиной. Карпатская зимняя кампания 1915 г. стоила Российской империи более 1 млн жизней [18]. Тем не менее, и кайзеровскому правительству Германии и императорскому правительству Австро-Венгрии стало очевидным, что победить Российскую империю практически невозможно. В этой связи вероятно, лучшей оценкой тактики и стратегии русской армии на Карпатском фронте зимой 1915 г. стали слова министра иностранных дел Австро-Венгрии Стефанa Бурианa фон Райежa o том, что «в ближайшем будущем Россия непобедима» [19].

Примечания


[1] Clark C . The Sleepwalkers: How Europe Went to War in 1914. N.Y., 2014; Reynolds D . The Long Shadow: The Legacies of the Great War in the Twentieth Century. N.Y., 2014; MacMillan M . The War That Ended Peace: The Road to 1914. N.Y., 2014; Wawro G. A Mad Catastrophe: The Outbreak of World War I and the Collapse of the Habsburg Empire. N.Y., 2013; Hart P . The Great War: A Combat History of the First World War. Oxford University Press (USA), 2013; Philpott W. War of Attrition: Fighting the First World War. N.Y., 2014; Buttar P. Collision of Empires: The War on the Eastern Front in 1914 (General Military). Westminster (Maryland), 2014; Lloyd N . Hundred Days: The Campaign That Ended World War I. N.Y., 2014.

 [2] Tunstall G . Blood on the Snow: The Carpathian Winter War of 1915. Lawrence (Kansas), University Press of Kansas, 2010, 270 p.

 [3] Ibidem. P. 4–5.

 [4] Ibidem. P. 180, 212.

 [5] Ibidem. P. 35–36.

 [6] Ibidem. P. 25–27.

 [7] Ibidem. P. 34.

 [8] Ibidem. P. 182.

 [9] Ibidem. P. 120–125.

 [10] Ibidem. P. 142–143.

 [11] Ibidem. P. 151.

 [12] Ibidem. P. 158.

 [13] Асташов А.Б. Братания на Русском фронте Первой мировой войны // Новый исторический вестник. 2011. № 2(28). С. 31–32.  

 [14] Tunstall G . Blood on the Snow: The Carpathian Winter War of 1915. P. 50.

 [15] Ibidem. P. 76.

 [16] Ibidem. P. 156.

 [17] Ibidem. P. 95, 166, 175, 179.

 [18] Ibidem. Р. 12.

 [19] Ibidem. P. 175.

Автор, аннотация, ключевые слова

Кац Наум Григорьевич – профессор Карнеги–Меллон университета (Питтсбург, США)
kats@andrew.cmu.edu

В статье в контексте современной историографии Первой мировой войны дается оценка монографии американского историка Г. Тунсталла “Blood on the Snow: The Carpathian Winter War of 1915” (Lawrence (Kansas), 2010). Монография анализируется и высоко оценивается прежде всего с точки зрения новизны источниковой базы. Г. Тунсталл выявил в военных архивах Австрии и Венгрии и впервые ввел в научный оборот документы, которые ранее не были известны историкам. Эти уникальные документы рассказывают об участии русской армии в зимней кампании 1915 г. в Карпатах, ее операциях против войск Австро-Венгерской империи. Большая ценность этих документов состоит в том, что они дают представление о разнообразных факторах, которые обеспечили превосходство русской армии над ее противниками на Восточном фронте зимой 1915 г.

Первая мировая война, Восточный фронт, русская армия, Юго-Западный фронт (русской армии), Австро-Венгерская армия, Карпатская кампания замы 1915 г., крепость Перемышль, генерал Н.И. Иванов, генерал Ф.К. фон Гетцендорф, историография, Г. Тунсталл

References

(Articles from Scientific Journals)

1. Astashov A.B. Brataniya na Russkom fronte Pervoy mirovoy voyny. Novyy istoricheskiy vestnik , 2011, no. 2(28), pp. 31–32. 

  (Monographs)

 2. Clark C. The Sleepwalkers: How Europe Went to War in 1914. N.Y., 2014, 736 p.

3. Reynolds D. The Long Shadow: The Legacies of the Great War in the Twentieth Century. N.Y., 2014, 544 p.

4. MacMillan M. The War That Ended Peace: The Road to 1914. N.Y., 2014, 784 p.

5. Wawro G. A Mad Catastrophe: The Outbreak of World War I and the Collapse of the Habsburg Empire. N.Y., 2013, 472 p.

6. Hart P. The Great War: A Combat History of the First World War. Oxford University Press (USA), 2013, 522 p.

7. Philpott W. War of Attrition: Fighting the First World War. N.Y., 2014, 416 p.

8. Buttar P. Collision of Empires: The War on the Eastern Front in 1914 (General Military). Westminster (Maryland), 2014, 488 p.

9. Lloyd N. Hundred Days: The Campaign That Ended World War I. N.Y., 2014, 400 p.

10. Tunstall G. Blood on the Snow: The Carpathian Winter War of 1915. Lawrence (Kansas), University Press of Kansas, 2010, 270 p.

11. Tunstall G. Blood on the Snow: The Carpathian Winter War of 1915. Lawrence (Kansas), University Press of Kansas, 2010, pp. 4–5.

12. Tunstall G. Blood on the Snow: The Carpathian Winter War of 1915. Lawrence (Kansas), University Press of Kansas, 2010, pp. 180, 212.

13. Tunstall G. Blood on the Snow: The Carpathian Winter War of 1915. Lawrence (Kansas), University Press of Kansas, 2010, pp. 35–36.

14. Tunstall G. Blood on the Snow: The Carpathian Winter War of 1915. Lawrence (Kansas), University Press of Kansas, 2010, pp. 25–27.

15. Tunstall G. Blood on the Snow: The Carpathian Winter War of 1915. Lawrence (Kansas), University Press of Kansas, 2010, p. 34.

16. Tunstall G. Blood on the Snow: The Carpathian Winter War of 1915. Lawrence (Kansas), University Press of Kansas, 2010, p. 182.

17. Tunstall G. Blood on the Snow: The Carpathian Winter War of 1915. Lawrence (Kansas), University Press of Kansas, 2010, pp. 120–125.

18. Tunstall G. Blood on the Snow: The Carpathian Winter War of 1915. Lawrence (Kansas), University Press of Kansas, 2010, pp. 142–143.

19. Tunstall G. Blood on the Snow: The Carpathian Winter War of 1915. Lawrence (Kansas), University Press of Kansas, 2010, p. 151.

20. Tunstall G. Blood on the Snow: The Carpathian Winter War of 1915. Lawrence (Kansas), University Press of Kansas, 2010, p. 158.

21. Tunstall G. Blood on the Snow: The Carpathian Winter War of 1915. Lawrence (Kansas), University Press of Kansas, 2010, p. 50.

20. Tunstall G. Blood on the Snow: The Carpathian Winter War of 1915. Lawrence (Kansas), University Press of Kansas, 2010, p. 76.

20. Tunstall G. Blood on the Snow: The Carpathian Winter War of 1915. Lawrence (Kansas), University Press of Kansas, 2010, p. 156.

20. Tunstall G. Blood on the Snow: The Carpathian Winter War of 1915. Lawrence (Kansas), University Press of Kansas, 2010, pp. 95, 166, 175, 179.

20. Tunstall G. Blood on the Snow: The Carpathian Winter War of 1915. Lawrence (Kansas), University Press of Kansas, 2010, p. 12.

20. Tunstall G. Blood on the Snow: The Carpathian Winter War of 1915. Lawrence (Kansas), University Press of Kansas, 2010, p. 175.

Author, Abstract, Key words

Naum G. Kats – Professor, Carnegie Mellon University (Pittsburgh, USA)
kats@andrew.cmu.edu

This article evaluates, in the context of modern historiography of World War I, the book “Blood on the Snow: The Carpathian Winter War of 1915” (Lawrence (Kansas), 2010)  by the American historian Graydon A. Tunstall. The author examines and appraises the publication as a novel resource. Graydon A. Tunstall discovered at the Austrian and Hungarian War Archives previously unknown documents which he used to introduce a new line of historical analysis. These unique materials tell the story of Russian Army’s involvement in the Carpathian Winter Campaign of 1915 and its actions against the troops of the Austrian-Hungarian Empire. The great value of these documents lies in the fact that they paint a picture of the different factors that gave the Russian Army an advantage over its opponents on the Western Front in the winter of 1915.

World War I, Eastern front, Russian army, South-Western front (of Russian army), Austro-Hungarian army, Carpathian campaign of winter of 1915, fortress Przemysl, General N.I. Ivanov, General F.K. von Hetzendorf, historiography, Graydon A. Tunstall

Вверх

Антибольшевистская Россия Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru