Новый исторический вестник

2011

№29(3)

ПОДПИСАТЬСЯ КУПИТЬ НАПЕЧАТАТЬСЯ РЕДКОЛЛЕГИЯ EDITORIAL BOARD НОВОСТИ ФОРУМ ИЗДАТЬ МОНОГРАФИЮ
 №1
 №2
2000
 №3
 №4
 №5
2001
 №6
 №7
 №8
2002
 №9
2003
 №10
 №11
2004
 №12
 №13
2005
 №14
2006
 №15
 №16
2007
 №17
2008
 №18
 №19
2009
 №20
 
 №21
 
 №22
 
 №23
2010
 №24
 
 №25
 
 №26
 
 №27
2011
 №28
 
 №29
 
 №30
 
 №31
2012
 №32
 
 №33
 
 №34
 
 №35
2013
 №36
 №37
 №38
 №39
2014
 №40
 
 №41
 
 №42
 
 №43
2015
 №44
 №45
 №46
 №47
2016
 №48
 №49
 №50
 №51
2017
СОДЕРЖАНИЕ
  ЖУРНАЛ РОССИЙСКОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО ГУМАНИТАРНОГО УНИВЕРСИТЕТА

Т.Б. Уварова

У КНИЖНОЙ ПОЛКИ

Новикова Н.И., Звиденная О.О. Удэгэйцы: Охотники и собиратели реки Бикин (Этнологическая экспертиза 2010 года).
М.: ИД «Стратегия»; ИП Андрей Яковлев, 2010. – 154 с.

ЭТНОЛОГИЧЕСКАЯ ЭКСПЕРТИЗА В ИССЛЕДОВАНИЯХ КОРЕННЫХ МАЛОЧИСЛЕННЫХ НАРОДОВ СЕВЕРА, СИБИРИ И ДАЛЬНЕГО ВОСТОКА

В  исследованиях современного развития коренных малочисленных народов Севера и Сибири в последние десятилетия получила применение этнологическая экспертиза, хотя практика такого рода имеет еще более длительную историю. В 1955 г. в Институте этнологии и антропологии был создан сектор по изучению социалистического строительства у малых народностей Севера, позднее переименованный в Сектор Крайнего Севера и Сибири. Его сотрудники занимались как фундаментальными, так и прикладными исследованиями. Ученые работали во взаимодействии с Комиссией по проблемам Севера Совета по изучению производительных сил АН СССР. Данные, полученные в ходе полевых этнографических исследований, регулярно представлялись в Совет Министров РСФСР в виде докладных записок. Такая практика сохранялась до 1994 г.

Большое место занимает этнологическая экспертиза в деятельности и публикациях Ассоциации коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока РФ. Участие коренных народов в таких исследованиях выступает как своего рода форма и средство соуправления. Вместе с тем многообразие интересов народов и групп в современных условиях создает дополнительные проблемы при организации таких экспертных исследований и формулировании рекомендаций.

В Российской Федерации этнологическая экспертиза как часть правовой системы появилась в законодательстве о коренных малочисленных народах, что соответствует как международному праву, так и российской Конституции. Вместе с тем в действующем российском законодательстве этнологическая экспертиза представлена скорее как возможность, а не обязанность, и в таких условиях особые роль и значение приобретает общественное мнение. Для законодательного обеспечения прав коренных народов необходима еще очень большая работа. Право на этнологическую экспертизу должно рассматриваться как реализация права на культурную самобытность и возможность управления культурным многообразием, а также на создание равных возможностей для развития культур всех народов страны, включая малочисленные.

Аналогичные народы выделяются во всем мире, они относятся к коренному населению территорий своего проживания и, что особенно важно, ведут особый образ жизни, сохраняют особое традиционное природопользование, которое в России включает охоту, рыболовство, оленеводство, сбор дикоросов. Исторически проживающие в районах Севера и Сибири, они выработали приемы использования природных ресурсов, а также социальные нормы – обычное право – которые позволяли им в прошлом, а в некоторой степени позволяют и теперь устанавливать отношения добрососедства и с иноэтничным населением. Для коренных малочисленных народов характерны обычаи, праздники, религиозные ритуалы, направленные на максимальное сохранение окружающей среды, как природной, так и социокультурной.

В 2007 г. Генеральная Ассамблея ООН приняла Декларацию о правах коренных народов, в которой сформулированы наиболее общие положения, характеризующие идеальные нормы для национальных государств, где проживают коренные народы. Международное право исходит из того, что в основе обеспечения прав коренных народов лежат гарантии доступа к определенным территориям, ресурсы которых составляют основу их жизнеобеспечения.

Определенным эталоном политики взаимодействия промышленных компаний и коренных народов стали документы Всемирного Банка, в частности, «Операционная директива 4.10 – Коренные народы». С учетом ее содержания разрабатывается концепция политики Европейского Банка реконструкции и развития в отношении коренных народов.

В Российской Федерации правовую основу проведения этнологической экспертизы составляют федеральное законодательство, международные договоры и соглашения, законодательные акты субъектов РФ, а также решения, принятые гражданами на общих референдумах, и в результате осуществления иных форм непосредственной демократии. Впервые на конституционном уровне  статус коренных малалочисленных народов в России был закреплен в 1993 г., когда государство гарантировало их права в соответствии с общепризнанными принципами и нормами международного права. Правовые основания для выполнения экологической экспертизы осуществляются в соответствии с Федеральным законом 1999 г. «О гарантии прав коренных малочисленных народов Российской Федерации», где содержится определение экологической экспертизы. Она представляет собой научное исследование влияния изменений исконной среды обитания малочисленных народов и социально-культурной ситуации на развитие этноса. Ее результаты обычно представляют в виде экспертного заключения о влиянии хозяйственных проектов на сохранение и развитие образа жизни коренных народов, включая  права на защиту их исконной среды обитания и традиционного образа жизни.

Вопросы этнологической экспертизы обсуждаются в научной литературе уже в течение длительного времени. Первоначально использовалось понятие этноэкологической экспертизы  как комплекса стандартизированных научных исследований, направленных на оценку возможных этносоциальных последствий управленческой деятельности. Главными целями такой экспертизы были предупреждение распада общности населения и сохранение этнокультурной среды, поддерживающей эту общность. В рамках этого подхода возможно было выделение этнополитической, этносоциальной и других видов экспертиз. Другое направление экспертизы – как этнологического мониторинга – разработано В.А. Тишковым в проекте «Сети этнологического мониторинга и раннего предупреждения конфликтов», эксперты которого проводят исследования по 46-ти условным индикаторам.

В исследовании Н.И. Новиковой и О.О. Звиденной этнологическая  экспертиза проводилась относительно среды обитания и этнического состава населения одного из административных подразделений Приморского края – Краснояровского сельского совета. В трех поселениях здесь компактно проживают около 700 человек (данные 2009 г.), 80 % которых составляют коренные малочисленные народы. К их числу относятся народы, проживающие в местах традиционного расселения своих предков, сохраняющие традиционный образ жизни, хозяйствование и промыслы, насчитывающие в РФ менее 50 тыс. человек и осознающие себя самостоятельными этническими общностями. Большую часть изучаемого населения составляют удэгейцы – 77 %, нанайцы  – 20 %, орочи – 1,8 %, около 1 % – эвенки (с. 27–28).

Для аборигенного населения региона по своим трансформационным процессам особое значение имел период с середины ХIХ в., когда активировалось взаимодействие с пришлыми соседями, русскими казаками и китайскими отходниками. Результатом этих контактов стали развитие торгово-меновых связей, терминологические заимствования, взаимная аккультурация. По мере колонизации региона русскими переселенцами ареал расселения аборигенов постоянно сокращался. Таежные промысловые животные мигрировали в необжитые северные районы, следом за ними уходило коренное население, поскольку охота была одним из основных источников его существования. К началу XX в. удэгейцы расселялись по труднодоступным притокам и протокам рек Бикин, Самарга, Иман.

Роль охоты в природопользовании удэгейцев выделяла их среди соседних народов Дальнего Востока, занимавшихся преимущественно рыболовством, – амурских нанайцев, ульчей, нивхов. Более близкими к удэгейцам были группы орочей и таежных нанайцев, кочевавшие с ними на одной территории и вступавшие в семейно-брачные отношения.

Проживающие в районе экспертизы народы ведут схожий образ жизни и занимаются традиционным природопользованием (охота, рыболовство, сбор дикоросов), имеют общность культурно-бытовых черт и духовной культуры, поэтому для целей экспертизы этнические различия не имеют большого значения. Природные ресурсы обеспечивают сохранение и развитие всей традиционной культуры как единой системы.

Традиционный образ жизни и традиционные экологические знания удэгейцев характерны для системы жизнеобеспечения, основанной на охоте, с рыболовством и собирательством в качестве подсобных занятий. Как и у других коренных малочисленных народов Севера и Сибири, хозяйство удэгейцев носило комплексный характер, что позволяло сокращать нагрузку на окружающую среду и достигать оптимального для них уровня жизни при минимальном использовании ресурсов. Основы внутригруппового взаимодействия и взаимодействия с окружающим миром были заложены еще в древние времена предками удэгейцев и сохранялись на протяжении всей этнической истории, с передачей экологически и этнически значимой информации от поколения к поколению. Пользование лесными и водными ресурсами регулировалось обычно-правовыми нормами. Их определяющими чертами являются гармоничное сочетание запрета и меры при использовании природных ресурсов, проницаемость границ при выделении земельных участков, сочетание прав владения, пользования и ответственности за территории проживания и ведения хозяйства. Эти особенности соответствуют доктрине устойчивого развития и отвечают положениям Конвенции о биологическом разнообразии (с. 70).

Современные формы традиционной хозяйственной деятельности по-прежнему ориентированы на охоту. Официальным охотничьим промыслом на территории среднего и верхнего Бикина занимается община коренных малочисленных народов «Тигр». Охота ведется на территории традиционного природопользования удэгейцев. Это одно из самых крупных охотничьих хозяйств на Дальнем Востоке и самое большое в Приморском крае. Все территория поделена на 24 промысловых участка со средней площадью 500 кв. км. Деление, размеры и структура охотничьих участков были установлены в 1960-х гг. на основании научно обоснованных  рекомендаций Всесоюзного НИИ охоты и звероводства во время создания леспромхоза «Пожарский». После ликвидации леспромхоза зоны промысловых участков не расформировывались, а со времени образования общины приобрели подобие традиционных родовых угодий с той разницей, что деление между родами осуществлялось не устно, а на основе договоров, которые глава семьи (рода) заключил с общиной.

Территорию с начала 1980-х гг. пришлось отстаивать от промышленного освоения лесопромышленными предприятиями, в частности, совместного советско-корейского объединения «Светлая». Аборигены в поисках поддержки начали активную информационную кампанию, которое привлекло внимание не только их земляков, но и международного сообщества, экологических организаций. В результате в 1992 г. совместное предприятие «Светлая», получившее поддержку руководства края, тем не менее прекратило свое существование (с. 86).

В современных условиях одним из направлений, соответствующим характеру традиционного природопользования, может стать экологический и этнографический туризм, для развития которого активно используется материальное и нематериальное наследие коренных народов. Развитие этого направления на территории их проживания создает новый вид занятий для местных жителей. Известные своим безупречным знанием таежных территорий и опытом выживания в трудных условиях, удэгейцы на протяжении уже более 300 лет выполняли функции проводников, гостеприимных хозяев и помощников в передвижениях по сложным маршрутам уссурийской тайги.

Судя по этнографическим исследованиям последних лет, в этнокультурном плане бикинская группа аборигенов находится в состоянии довольно зыбкого равновесия. Ее дальнейшая судьба во многом будет зависеть от того, какая стратегия станет основой социально-экономического развития территории. Несмотря на относительную стабильность показателей численности населения и рождаемости, сохраняются проблемы недостаточно высокого социально-экономического положения коренных жителей, отсутствие качественного медицинского обслуживания, необходимость улучшения сферы образования.

Оценивая влияние договора аренды лесного участка общиной коренных малочисленных народов «Тигр», в общем прогнозе развития территории исследователи в первую очередь привлекают внимание к существенному увеличению числа рабочих мест для местного населения, что является значимым фактором устойчивого развития местного сообщества. Важно также, что на землях, охватываемой договором аренды, располагаются историко-культурные памятники – места родовых стойбищ и священные места.

Учитывая анимистические представления удэгейцев, их особую связь с землей, с рекой Бикин, с тайгой, где живут священные тигры, такую особенность культуры таежных охотников, как их представления о духовной неделимости, цельности данной территории, эксперты приходят к выводу о невозможности выделения в аренду земель только по принципу их хозяйственного использования. Передача территории в аренду общине коренных малочисленных народов позволит защитить сакральные и памятные места на основании их традиций и правовых обычаев.

Эксперты пришли к выводу, что использование природных ресурсов на исследуемой территории иными организациями, кроме организаций коренных малочисленных народов, скорее всего приведет к утрате как природных, так и культурных ценностей, поскольку традиционное природопользование основано на высоких морально-нравственных нормах этого народа, которые и позволили сохранить данную территорию практически в первозданном виде. Утрата природоохранной составляющей неизбежно приведет к невозможности ведения традиционного образа жизни, и, как следствие, утрате культуры народа.

В заключении книги сформулированы конкретные рекомендации органам государственной власти и местного самоуправления, общине «Тигр», общественным организациям, занимающимся изучением, защитой и использованием природных ресурсов территории расселения удэгейцев.

Вверх

Антибольшевистская Россия Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru