Новый исторический вестник

2011
№29(3)

ПОДПИСАТЬСЯ КУПИТЬ НАПЕЧАТАТЬСЯ РЕДКОЛЛЕГИЯ EDITORIAL BOARD НОВОСТИ ФОРУМ ИЗДАТЬ МОНОГРАФИЮ
 №1
 №2
2000
 №3
 №4
 №5
2001
 №6
 №7
 №8
2002
 №9
2003
 №10
 №11
2004
 №12
 №13
2005
 №14
2006
 №15
 №16
2007
 №17
2008
 №18
 №19
2009
 №20
 
 №21
 
 №22
 
 №23
2010
 №24
 
 №25
 
 №26
 
 №27
2011
 №28
 
 №29
 
 №30
 
 №31
2012
 №32
 
 №33
 
 №34
 
 №35
2013
 №36
 №37
 №38
 №39
2014
 №40
 
 №41
 
 №42
 
 №43
2015
 №44
 №45
 №46
 №47
2016
 №48
 №49
 №50
СОДЕРЖАНИЕ
  ЖУРНАЛ РОССИЙСКОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО ГУМАНИТАРНОГО УНИВЕРСИТЕТА

А.А. Борисов

К ИЗУЧЕНИЮ ДИНАМИКИ ЧИСЛЕННОСТИ ЯКУТОВ В XIX в.

Историческая демография народов Сибири, в том числе и якутов, издавна вызывала большой интерес исследователей. В XIX в. среди других народов Российской империи якуты по приросту численности шли третьими.  

Таблица 1. Динамика численности населения народов России в XVIII–XIX вв. (тыс. человек)

Народы

1719 г.

1897 г.

Увеличение

Мордва

107,4

1 023,8

9,5 раз

Башкиры

171,9

1 321,4

7,6 раз

Якуты

35,2

227,4

6,4 раза

Волжские татары

293,1

1 834,2

6,2 раза

Мари

61,9

375,4

6,0 раз

Буряты

47,8

288,7

6,0 раз

Русские

11 127,5

55 667,5

5 раз

Чуваши

217,9

843,8

3,8 раз

Эвенки

17,7

65,5

3,7 раз

Сибирские татары

15,3

50

3,2 раз

Хакасы

13,1

37,7

2,8 раз

Карелы

80,9

208,1

2,5 раз

Ханты

16,7

19,7

1,1 раз

Калмыки

200,0

190,6

– 0,9 раз

(Каппелер А . Россия – многонациональная империя. М., 1997. С. 292).

Обращает внимание тот факт, что, во-первых, среди народов Сибири они стоят на первом месте, во-вторых, темпы демографического прироста якутов выше, чем у русских, и, в-третьих, сравнимы с аналогичными показателями у народов Поволжья. Относительно калмыков следует учитывать  их массовую откочевку в 1771 г. в Джунгарию. Как видно, почти за двухвековой отрезок времени наблюдалась позитивная в целом картина. Если же рассмотреть внутреннюю динамику этого процесса у якутов, то видна его неравномерность по регионам.

Таблица 2. Динамика численности якутов в XVII–XIX вв.

Центральная Якутия

Вилюй,          Олёкма

Нижняя Лена, Яна, Индигирка, Колыма, Алдан, Мая

Итого

Середина XVII в

25 210

Более 800

Около 1 400

Более 27 000

Начало XVIII в.

28 260

7000

3 200

38460

1767 г.

Более 44 400

Более 17 700

Около 7 000

Более 69 100

1783 г.

54 000

22 000

9 000

86 000

1794–1795 гг.

Около 60 000

Около 30 000

Более 9 000

Более 100 000

1812 г.

75 084

36 608

10 088

12 1780

1839 г.

105 456

46 255

11 742

16 3453

1859 г.

124 171

59 155

13 269

196 595

1879 г.

129 169

68 157

14 608

21 1907

1897 г.

127 182

74 910

14 085

216 177

(Составлено по: Памятная книжка Якутской области за 1863 год. СПб., 1864. С. 61–72; Патканов С . О приросте инородческого населения Сибири: Статистические материалы для освещения вопроса о вымирании первобытных племен. СПб., 1911. С. 49, 51, 54–58; Долгих Б.О . Родовой и племенной состав народов Сибири в XVII в. М., 1960. С. 359, 393, 491; Кабузан В.М ., Троицкий С.М . Новые источники по истории населения Восточной Сибири во 2-ой половине XVIII в. // Советская этнография. 1966. № 3. С. 32–35; Парникова А.С . Расселение якутов в XVII – начале XX вв. Якутск, 1971. С. 69, 80; Гоголев А.И . Лекции по исторической этнографии якутов. Якутск, 1978. С. 72; и др.).

Эти данные показывают, что в динамике численности якутов было два благоприятных периода: 1700–1733 гг. и 1764–1839 гг. Нижняя граница первого периода, возможно, относится к более ранней дате. Также и с временными границами последующих дат: границы могут колебаться в пределах нескольких лет. Тем не менее, отмеченные вехи точно отражают реалии жизни якутского общества. Закончился этап адаптации к государственной политике России, были урегулированы взаимные отношения. Якутские депутаты Н. Никин, М. Бозеков, Т. Орсукаев (1676 г.), бывшие на царском приеме в Москве, добились определенных прав для местного самоуправления, был облегчен ясачный режим. Наступила хозяйственная стабильность. Происходит интенсивная якутская колонизация, особенно бассейна р. Вилюя. Во второй трети XVIII в. вновь ухудшается экономическое положение. Петровская государственная модернизация с некоторым опозданием ударила и по далекой окраине империи. Так продолжалось до эпохи великих в масштабах Якутии реформ – ясачной и аграрной 1760–1770-х гг. Они дали новый толчок якутскому самоуправлению после депутаций С. Сыранова (1767 г.) и А. Аржакова (1789 г.). Укрепляется и развивается хозяйство. Возникают новые источники доходов (извоз, наем, торговля). Якуты сосредотачивают известную долю торговли в своих руках. Появляются крупные, никогда, пожалуй, в истории Якутии непревзойденные (по величине) хозяйства якутских тойонов, насчитывавшие тысячи голов скота. В частных руках накапливаются капиталы, исчисляемые сотнями тысяч рублей. Вводятся сельскохозяйственные навыки и техника из России. В немалой степени всему этому способствовало введение «Устава об управлении инородцами» 1822 г.

Подобная позитивная тенденция была связана с развитием  скотоводческого хозяйства, расселением якутов, вызванными потребностями экстенсивного характера экономики. Имевшиеся свободные сельскохозяйственные угодья позволяли поддерживать рост. Одновременно правительство принимало меры к удержанию населения на местах: вначале путем контроля над ясачными поступлениями – организацией сыска и т.д. В дальнейшем стали практиковаться письменные «виды», без которых ясачным запрещалось покидать свои волости и улусы.

В целом, численность якутов с середины XVII в. до конца XIX в. увеличилась в 8 раз. За этот период, кроме основного массива якутского населения, образовались другие группы: вилюйско-олекминская и северная. Сравним темпы прироста по этим группам. Если взять за точку отсчета начало XVIII в., когда окончательно оформились новые локальные группы якутов, видно, что якуты Центральной Якутии увеличили свою численность в 4,5 раз, вилюйские и олекминские якуты – в 10,7 раза, якуты северных районов – в 4,4 раза. Но если рассмотреть данный показатель по векам, получается следующая картина. В XVIII в. якуты Центральной Якутии увеличились в 2,1 раза, вилюйские и олекминские якуты – в 4,2 раза, якуты северных районов – примерно в 3 раза, всего увеличение якутского населения выразилось в цифре 2,6 раза. В XIX в. их общая численность выросла только в 1,7 раз, а по регионам: якуты центральных улусов – в 1,7 раза, вилюйских и олекминских улусов – в 2 раза и 1,3 раза. Как видно, в этом столетии наметилось снижение темпов прироста. В середине же XIX в., как можно убедиться ниже, произошло резкое снижение темпов прироста в целом и в Центральной Якутии, в частности, хотя в бассейне рек Вилюя, Олекмы, на Севере и Северо-Востоке рост продолжился. Это можно объяснить еще не закончившимся процессом освоения особенно бассейна Вилюя. Обратим внимание также на тот факт, что отмеченному резкому снижению темпов предшествовал еще более стремительный рост в промежуток между 1812 и 1859 гг. У бурят, типологически сопоставимого с якутами народа, динамика численности выглядит следующим образом: в конце XVIII в. – 116 тыс. человек, в 1851 г. – 196 тыс., в 1897 г. – 288,4 тыс. [1] Как видно, именно до середины XIX в. численность якутов развивалась схожими темпами, а за вторую половину столетия  заметно упала.

Попробуем несколько детализировать процесс. Рассмотрим динамику численности якутов за десятилетия, предшествующие и последующие указанной критической дате.

Таблица 3. Динамика численности якутов по округам в XIX в. (мужчин/женщин – всего человек)

1828

1859

1879

1897

Якутский

47 210/48 173

95 383

62 790/61 310

124 100

62 216/59 777

121 993

63 014/64 103

130 119

Олекминский

4 194/3 695

7 889

4 441/4 154

8 595

4 314/3 993

8 307

7 415/4 918

13 179

Вилюйский

19 289/19 063

38 352

26 408/24 152

50 560

28 383/27 039

55 422

30 657/32 097

63 200

Верхоянский

4 407/4 414

8 821

5 230/4 892

10 122

5 914/5 521

11 435

5 570/5 640

11 556

Колымский

1 199/1246

2 445

1 532/1 615

3 147

1 648/1 675

3 323

1 534/1 648

3 413

Итого в области

76 299/76 591

152 890

100 401/96 123

196 524

102 475/98 005

200 480

221 467

(Составлено по: Башарин Г.П . История аграрных отношений в Якутии. Т. II. М., 2003. С. 456–460; Обзор Якутской области за 1879 год. Табл. 23. Ведомость о числе русского и инородческого населения в округах Якутской области, с подразделением первого на городское и сельское, а второго на – на улусы, наслеги и проч.; Первая всеобщая перепись населения Российской империи, 1897 г. Т. LXXX. Якутская область. СПб., 1905. С. 2–3; 112–115).

В Якутском округе видно уменьшение якутского населения: всего со 124 100 человек до 121 993, мужчин на 574 и женщин на 1 533. Та же отрицательная динамика прослеживается и в Олекминском округе: с 8 595 до 8 307 человек, соответственно, мужчин на 127 и женщин – на 161. В трех других округах отмечается положительная динамика. Важно отметить, что в Якутском округе положительная динамика сохранилась только в Западно-Кангаласском улусе, тогда как, особенно, в заречных улусах наблюдалась отрицательная динамика. По-видимому, это связано с эпидемией оспы в 1874–1875 гг. Приведем некоторые данные. Так, только в Восточно-Кангаласском улусе при населении 15 459 человек умерло от оспы в течение года 1 266 [2], а в Батурусском улусе при населении 30 949 – 1 349 [3]. Современный исследователь С.Г. Скобелев утверждает, что у якутов наблюдался сравнительно высокий уровень жизни и, что эпидемии не сильно повлияли на их численность [4]. Как видно, все же вопрос о степени влияния эпидемий на демографию якутов нуждается в специальном изучении.

Р.К. Маак специально рассмотрел народонаселение Вилюйского округа за период с 1841 по 1864 гг. Так, за изучаемый период население округа увеличилось с 38 000 до 51 458 человек. Если ежегодный прирост населения за период с 1841 по 1850 гг. составлял 1,15 %, то в 1851–1860 гг. – 2 %, а в 1861–1864 гг. только 1,12 %. Высокий прирост в 1850-е гг. он объяснил открытием золотых приисков на реках Олекме и Малом Патоме, которые вилюйчане обеспечивали мясом, сеном, лошадьми и т.п., а снижение его в последующий период, по его мнению, было вызвано тяжелыми для скотоводства 1859–1862 гг. [5]

В работе С.К. Патканова в специальной таблице, показывающей изменения численности сибирских инородцев за период с 1816 по 1897 гг., Якутская область стоит на последнем месте. По его мнению, до X ревизии естественный прирост якутов увеличивался, а после наметилась тенденция уменьшения темпов [6]. Так, в частности, если за период 1812–1839 гг. ежегодный прирост составлял 12,3 %, в 1839–1859 гг. – 11,7 %, то в 1859–1897 гг. равнялся 3 %. Такую тенденцию С.К. Патканов объяснял, во-первых, неполнотой учета населения, во-вторых, эмиграцией за пределы области. Например, по его данным, только в Киренской области численность якутов с 1839 по 1897 гг. возросла с 92 до 2 727 человек [7]. Наряду с эмиграцией существовало отходничество среди якутов и эвенков на прииски Олекминской и Витимской систем: в 1880 г. они составляли 1,3% всех рабочих, в 1883 г. – 5,8%, в 1887 г. – 1,9% [8]. Однако это, по-видимому, не могло повлиять на динамику численности.

Данные Первой всеобщей переписи населения Российской империи 1897 г. по Якутской области опубликованы [9]. Материалы приходско-метрического учета становятся источником по демографии якутов, начиная с первой четверти XIX в., когда основная масса якутов приняла крещение. Как известно, массовое принятие якутами православия приходится на период с 1760-х по 1820-е гг. [10]. Метрические записи церквей Якутии, представленные в фонде 226 «Якутская духовная консистория» Национального архива Республики Саха (Якутии), каталогизированы группой архивистов под руководством И.И. Юргановой. Практически только из них можно извлечь ценные сведения о рождаемости и смертности, браках, движении якутского населения в изучаемый период.

С.К. Патканов сделал общий вывод о жизнеспособности якутского народа, тем самым, отвергнув тезис о его вымирании [11].

И.И. Майнов со ссылкой на данные С.К. Патканова отметил, что ежегодный прирост якутов за период с 1859 по 1897 гг. составил всего лишь 0,3 % по сравнению с показателем предыдущих десятилетий – 1,5 %. «Это – прирост, близкий к застою», – констатировал он [12]. Для олекминских якутов снижение темпов прироста в указанный период он объяснил экономическим кризисом, когда часть якутов была вынуждена уйти в Вилюйский округ [13]. Г.А. Попов повторил названные наблюдения о снижении прироста якутов после 1858 г. и утверждал, что, несмотря на ряд неблагоприятных явлений, якуты жизнеспособнее остальных народностей Якутии [14]. Позднее В.В. Воробьев установил среднегодовой прирост якутов с конца XVII в. по 1897 г. – 7 человек на 1 000 жителей, подтвердив выводы своих предшественников о снижении темпов с середины XIX в., что также объяснял экономическими и социально-бытовыми причинами: низким уровнем жизни, антисанитарией, болезнями, высокой смертностью [15]. Несмотря на это, и он решительно заявил о том, что массового «вымирания инородцев» не было [16].

С.Г. Скобелев связывает снижение темпов прироста якутского населения с негативными последствиями окружающей среды, отражавшейся на высокой смертности от сложных природно-климатических условий и беззащитности от частых эпидемий [17]. О том, каковы эти последствия, не говорится. Однозначно ответить на этот вопрос пока трудно.

Таким образом, исследования показывают, что у якутов был сравнительно высокий уровень жизни, хотя некоторые ученые говорят о низком уровне жизни, налицо замедление темпов прироста к середине XIX в. Большинство исследователей не считают их вымирающим народом, но выявлена целая группа неблагоприятных факторов, пагубно влиявших на динамику численности: засуха, неполнота учета, эмиграция (отходничество), экономический кризис, тяжелые бытовые условия, эпидемии, высокая смертность. Если обратиться к мировому опыту, то складывается впечатление, что якуты, по-видимому, к середине XIX в. попали в «мальтузианскую ловушку». Как известно, такой кризис наступает, когда рост населения, особенно убыстрение его в силу каких-либо причин, приходит в противоречие с ростом средств существования [18]. Мы склонны поддержать это предположение.

Приведем некоторые доводы в пользу данной гипотезы. По мнению А.И. Гоголева, якуты в этот период освоили территорию не только Центральной Якутии, но и бассейна Вилюя, заполнив свою экологическую нишу. Индикатором процесса стала нехватка сенокосов и вызванные этим инициативы якутской элиты по осушению болот, спуску озер. Такие участки предлагалось закреплять в 40-летнее безраздельное пользование тем, кто это осуществил. Наблюдался рост поголовья крупного рогатого скота, в частности, в крупных хозяйствах. Кроме того, правительство, начиная с XVIII в., проводило политику закрепления якутского населения в улусах, введя систему разрешительных «видов» – билетов, которые выдавались сначала царскими властями, затем – князцами.

Свои оценки А.И. Гоголев сделал на основании опубликованных данных, используя современную методику определения закономерностей воздействия вмещающего ландшафта на численность и расселение народов [19]. Проследив динамику прироста якутского населения с середины XVII в. до 1897 г. и установив пик, приходящийся на начало XIX – середину XIX вв. (1 742 человек ежегодно) и спад с середины XIX в. (646 человек), он объяснил такую тенденцию преобладанием крупного рогатого скота над конным (к первой трети XIX в. – 64,22 %),  потребовавшей больше земли для скотоводческого хозяйства, и последовавшим перенаселением в виду освоения всех имевшихся сенокосно-пастбищных угодий в Якутии.

Таким образом, предстоит проверить вышеизложенное предположение. Для этого следует провести исследование по следующим направлениям. Первое: выработать критерии уровня жизни для якутского населения изучаемого времени и охарактеризовать его. При этом его нужно соотнести с предыдущим и последующим периодами. Второе: выяснить степень нагрузки населения на освоенные территории. Третье: провести мониторинг неблагоприятных факторов внешнего характера – климатических катастроф (засух, эпизоотий и прочего) и эпидемий, определив их размеры. Четвертое: сопоставить полученные данные с аналогичными показателями по народам Сибири, близким якутам по численности, образу жизни, хозяйству и т.д. Пятое: выявить и проследить демографические процессы у якутов по максимально возможным параметрам (насколько позволят источники).

Примечания


[1]  Ханхараев В.С . Демографические процессы у бурят Иркутской губернии во второй половине XIX в. // Мир Центральной Азии. Археология. Этнология. Т. 1. Улан-Удэ, 2002. С. 205.

Hanharaev V.S . Demograficheskie processy u buryat Irkutskoy gubernii vo vtoroy polovine XIX v. // Mir Centralnoy Azii. Arheologiya. Etnologiya. Vol. 1.Ulan-Ude, 2002. P. 205.

[2] Национальный архив Республики Саха (Якутия) (НА РС (Я)). Ф. 15-и. Оп. 1. Д. 2370. Л. 55–56.

National archive of Sakha Republic (Yakutia) (NARS (Ya)). F. 15-i. Op. 1. D. 2370. L. 55–56.

[3] НА РС (Я)). Ф. 15-и. Оп. 1. Д. 2370. Т. 2. Л. 490–491об.

NARS (Ya). F. 15-i. Op. 1. D. 2370. T. 2. L. 490–491v.

[4] Скобелев С.Г . Влияние заболеваемости на динамику численности коренного населения Сибири в XVII–XX вв. // Сибирская заимка (электронный журнал). 2002. № 3 [http://www.zaimka .ru/03_2002/scobelev_epidemic].

Skobelev S.G . Vliyanie zabolevaemosti na dinamiku chislennosti korennogo naseleniya Sibiri v XVII–XX vv. // Sibirskaya zaimka (elektronny zhurnal). 2002. No. 3 [www.zaimka .ru/03_2002/scobelev_epidemic].

[5] Маак Р . К . Вилюйский округ. 2-е изд. М., 1994. С. 190–191.

Maak R.K. Vilujskiy okrug. 2-e izd. Moscow, 1994. P. 190–191.

[6] Патканов С.К . О приросте инородческого населения Сибири: Статистические материалы для освещения вопроса о вымирании первобытных племен. СПб., 1911. С. 18, 23.

  Patkanov S. O priroste inorodcheskogo naseleniya Sibiri: Statisticheskie materialy dlya osveweniya voprosa o vymiranii pervobytnyh plemen. St. Petersburg, 1911. P. 18, 23.

[7] Там же. С. 51–53.

Ibidem. P. 51–53.

[8] История Якутской АССР. Т. II. М., 1957. С. 268.

Istoriya Jakutskoy ASSR. T. II. Moscow, 1957. P. 268.

[9] Первая всеобщая перепись населения Российской империи 1897 г. Вып. 80. Якутская область. СПб., 1905.

Pervaya vseobwaya perepis naseleniya Rossiyskoy imperii 1897 g. Vyp. 80. Jakutskaya oblast. St. Petersburg, 1905.

[10] Шишигин Е.С . Распространение христианства в Якутии. Якутск, 1991.

   Shishigin E.S. Rasprostranenie khristianstva v Jakutii. Yakutsk, 1991.

[11] Патканов С.К . Указ. соч. С. 163–186.

   Patkanov S.K. Op. cit. P. 163–186.

[12] Майнов И.И . Население Якутии. Л., 1927. С. 15–16.

  Majnov I.I. Naselenie Jakutii. Leningrad, 1927. P. 15–16.

[13] Майнов И.И . Русские крестьяне и оседлые инородцы. СПб., 1912. С. 85–88, 197–283.

Majnov I.I. Russkie krestyane i osedlye inorodcy. St. Petersburg, 1912. P. 85–88, 197–283.

[14] Попов Г.А . Якутский край. Вып. II. Якутск, 1926. С. 24–25.

  Popov G.A . Jakutskiy kray. Vyp. II. Yakutsk, 1926. P. 24–25.

[15] Воробьев В.В. Формирование населения Восточной Сибири. Новосибирск, 1975. С. 134–135; Рис.19. С. 198; Таблица 38. С. 208, 236–237.

Vorobev V.V . Formirovanie naseleniya Vostochnoy Sibiri. Novosibirsk, 1975. P. 134–135; Ris.19. S. 198; Tablitsa 38. P. 208, 236–237.

[16]  Там же. С. 196.

Ibidem. P. 196.

[17] Скобелев С.Г . Указ. соч.

   Skobelev S.G . Op. cit.

[18] Мальтус Т.-Р . Опыт о законе народонаселения. Вып. III. М., 1895. С. 9–20.

  Maltus T.-R. Opyt o zakone narodonaseleniya. Vyp.III. Moscow, 1895. P. 9–20.

[19] Гоголев А.И . Лекции по исторической этнографии якутов. Якутск, 1978. С. 71–77; Гоголев А.И . Обозрение дореволюционной демографии якутов // Исторический опыт социально-демографического развития Сибири. Вып. I. Палеодемография и демографические процессы в Сибири в эпоху феодализма и капитализма. Новосибирск, 1989. С. 79–81.

Gogolev A.I . Lekcii po istoricheskoy etnografii jakutov. Yakutsk, 1978. P. 71–77; Gogolev A.I . Obozrenie dorevolyucionnoy demografii jakutov // Istoricheskiy opyt socialno-demograficheskogo razvitiya Sibiri. Vyp. I. Paleodemografiya i demograficheskie processy v Sibiri v epohu feodalizma i kapitalizma. Novosibirsk, 1989. P. 79–81.

Вверх

Антибольшевистская Россия Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru