Новый исторический вестник

2010
№25(3)

ПОДПИСАТЬСЯ КУПИТЬ НАПЕЧАТАТЬСЯ РЕДКОЛЛЕГИЯ EDITORIAL BOARD НОВОСТИ ФОРУМ ИЗДАТЬ МОНОГРАФИЮ
 №1
 №2
2000
 №3
 №4
 №5
2001
 №6
 №7
 №8
2002
 №9
2003
 №10
 №11
2004
 №12
 №13
2005
 №14
2006
 №15
 №16
2007
 №17
2008
 №18
 №19
2009
 №20
 
 №21
 
 №22
 
 №23
2010
 №24
 
 №25
 
 №26
 
 №27
2011
 №28
 
 №29
 
 №30
 
 №31
2012
 №32
 
 №33
 
 №34
 
 №35
2013
 №36
 №37
 №38
 №39
2014
 №40
 
 №41
 
 №42
 
 №43
2015
 №44
 №45
 №46
 №47
2016
 №48
 №49
 №50
СОДЕРЖАНИЕ
  ЖУРНАЛ РОССИЙСКОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО ГУМАНИТАРНОГО УНИВЕРСИТЕТА

 И.В. Зимин

У КНИЖНОЙ ПОЛКИ

Ерегина Н.Т. Высшая медицинская школа России, 1917–1953.
Ярославль: ИПК «Индиго», 2010. – 640 с.

На протяжении десятилетий советская историография писала об уверенно-торжествующей поступи государства в деле подготовки медицинских кадров, а официальная статистика «весомо и зримо» подтверждала достижения страны Советов. Контрастные цифры того, что было и того, что стало, впечатляли: менее чем за четыре десятилетия Советской власти численность врачей в России в сравнении с 1914 г. возросла более чем в 14 раз. К моменту принятия Конституции 1977 г. уровень обеспеченности населения СССР врачебной помощью являлся самым высоким в мире: на каждые 10 тыс. жителей приходилось 33,4 врача (в Великобритании – 15,7; в Италии – 18,4; в США – 20,2).

И это действительно так. За сравнительно небольшой (по меркам истории) отрезок времени Россия решила важнейшую для характеристики социально-культурных сдвигов задачу. Но какой ценой мы этого добились? В каких условиях готовились кадры? Количество или качество преобладало в этом сдвиге?

Данные вопросы официальная советская историография, базирующаяся на парадигме обеспеченного коммунистическим руководством поступательного и устойчивого развития, осторожно обходила. Первые независимые оценки, дававшие возможность  объективно оценить характер и масштабы достигнутого в области национально-культурной политики, стали появляться лишь с конца 1980-х гг.

Выход большого числа книг по истории отдельных медицинских вузов, среди которых и были сухие справочно-информационные сборники, и торжественно-отчетные юбилейные издания, и серьезные аналитические труды, можно назвать настоящим историографическим бумом последних двух десятилетий. Появились фундаментальные исследования по формированию университетской системы в России, истории высшего медицинского образования в XVIII, XIX, начале ХХ вв.

На этом фоне отсутствие серьезных исследовательских работ, сводящих воедино общее и особенное в истории российской высшей медицинской школы ХХ в., становилось все более очевидным.

Первой удачной попыткой, в значительной степени восполняющей этот пробел, стала только что вышедшая книга ярославского историка Н.Т. Ерегиной «Высшая медицинская школа России, 1917–1953». Сознательно выбрав для анализа самый сложный и наименее изученный историками медицины период советской истории, автор постаралась выстроить поэтапную картину подготовки медицинских кадров в 1917 – начале 1950-х гг. в общеисторическом контексте.

Несмотря на продолжавшуюся Гражданскую войну, а во многом под давлением ее страшных реалий, большевистское правительство начало вторгаться в сферу медицинского образования, традиционно являвшегося важнейшим элементом образовательной политики. Резко возросшая потребность во врачах обусловила принятие декрета СНК РСФСР о милитаризации медицинских факультетов (июль 1920 г.), вводившего на них институт военных комиссаров. Они обеспечивали строгий учет студентов и мобилизацию старшекурсников и выпускников на фронт в случае соответствующих правительственных решений. Эта мера, мало популярная среди профессуры, напрасно надеявшейся на сохранение автономии высшей школы, обеспечила большую (в сравнении с другими факультетами) упорядоченность подготовки студентов-медиков.

Необходимым условием ее высокого качества являлись достаточная материально-учебная база и высокопрофессиональный преподавательский корпус. В годы Гражданской войны острой проблемой стало и то, и другое. Пытаясь воссоздать объективную картину перемен в высшей школе, автор тщательно выстраивает весь спектр обстоятельств, препятствовавших нормальному течению учебного процесса. Это и слабые базовые знания студентов, и послереволюционная разруха,  и топливный кризис, и бесконечные реквизиции учебных зданий то под одни, то под другие военные и военно-санитарные  надобности.

Тщательно собранные автором разрозненные события и факты позволяют не только по достоинству оценить самоотверженность преподавателей, готовивших кадры врачей, несмотря на нужду и лишения, но и понять глубинные причины «профессорской забастовки» 1922 г., объявленной рядом вузов Петрограда, Московским и Казанским университетами. Она, как показывает автор, стала «последним аккордом в противостоянии академической высшей школы с властью большевиков».

1920–1930-е гг. для высшей медицинской школы стали не только временем бесконечных реорганизаций, но и настоящим испытанием на прочность. Попытки кардинальной перестройки медицинского образования (выделение медфакультетов в самостоятельные вузы, передача их в подчинение Наркомздраву, создание первых в мировой практике санитарных и педиатрических профильных факультетов, изменение сроков и форм обучения) в условиях бесконечно меняющихся планов и постоянного недофинансирования приводили к провалам в кадровой политике. Вина за многочисленные просчеты перекладывалась на руководство Наркомздрава и медицинских вузов, на профессуру.

Основываясь на многочисленных документах, сопоставляя неудачные партийно-советские эксперименты и реальные достижения, Н.Т. Ерегина справедливо отмечает очевидную противоречивость ситуации второй половины 30-х гг., когда переплелись масштабные репрессии, захватившие высшую школу, и целенаправленная деятельность государства по комплексному развитию здравоохранения, медицинского образования и медицинской науки.

О высшей медицинской школе в годы Великой Отечественной войны написано много. Можно только приветствовать авторскую попытку осмыслить и обобщить все грани этой деятельности – уникальной в плане оперативного решения образовательных задач в экстремальных условиях, поучительной своим примером искреннего сопереживания и сопричастности к судьбе страны. При этом Н.Т. Ерегина не замыкается на анализе героики тыловых будней. Воссозданные ей драматические обстоятельства и потери, в которых работали многие медицинские вузы, помогают глубже понять духовно-нравственные основания, ставшие закономерным источником Победы, оценить заслуги высшей школы, подготовившей в военные годы свыше 60 тыс. врачей.

Окончание войны не сняло с повестки дня вопросы ускоренной подготовки врачей. Для высшей медицинской школы, как показано в книге, последнее сталинское десятилетие стало сложнейшим периодом ее истории. Материально-бытовые трудности, переживаемые вышедшей из войны страной, постепенно и терпеливо преодолевались. С духовными, моральными было гораздо сложней. Автор обстоятельно и убедительно показывает негативное воздействие на медицинские вузы тенденций мощного идеологического пресса второй половины 40-х – начала 50-х гг.

Сменявшие друг друга разоблачительные кампании, направленные против генетиков, «космополитов», «антипавловцев», «врачей-вредителей» разобщали и разрушали научные школы, кафедральные и вузовские коллективы, препятствовали развитию научных исследований, вели к деформации учебного процесса. Введенная в 1948 г. в учебные планы медицинских вузов история медицины излагалась односторонне и тенденциозно. Но при этом, как справедливо отмечает автор, присутствовало и другое. Проводимая в высшей медицинской школе целенаправленная воспитательная работа реализовалась в устойчиво возраставших показателях успеваемости, уважительном отношении к деятелям отечественной культуры и науки, неподдельной гордости за героическое прошлое России. Стабильно высокие конкурсы в медицинские вузы обеспечивали возможность отбора хорошо подготовленной молодежи, осознанно избиравшей врачебную профессию.

Стремясь остаться беспристрастной, вводя в научный оборот значительный массив ранее не опубликованных документов и сводя воедино уже известные факты, Н.Т. Ерегина нашла новые подходы к изучению этой сложной, малоизученной темы. Ее концепция подготовки медицинских кадров в 1917–начале 1950-х гг. не базируется на категоричных оценках и не ведет к однозначным выводам – она дает импульс к размышлениям и дальнейшим исследованиям. Книга показывает читателю, что достойно получить продолжение и быть реализованным в настоящей и будущей образовательной политике в высшей медицинской школе России. Точно так же объективный анализ ошибок, упущений, не продуманных реформ и поспешных партийно-государственных экспериментов говорит нам о том, что навсегда должно остаться в прошлом – напоминающим и поучительным уроком. Беда, правда, в том, что уроки истории порой усваиваются плохо.

Вверх

Антибольшевистская Россия Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru