Новый исторический вестник

2009
№19(1)

ПОДПИСАТЬСЯ КУПИТЬ НАПЕЧАТАТЬСЯ РЕДКОЛЛЕГИЯ EDITORIAL BOARD НОВОСТИ ФОРУМ ИЗДАТЬ МОНОГРАФИЮ
 №1
 №2
2000
 №3
 №4
 №5
2001
 №6
 №7
 №8
2002
 №9
2003
 №10
 №11
2004
 №12
 №13
2005
 №14
2006
 №15
 №16
2007
 №17
2008
 №18
 №19
2009
 №20
 
 №21
 
 №22
 
 №23
2010
 №24
 
 №25
 
 №26
 
 №27
2011
 №28
 
 №29
 
 №30
 
 №31
2012
 №32
 
 №33
 
 №34
 
 №35
2013
 №36
 №37
 №38
 №39
2014
 №40
 
 №41
 
 №42
 
 №43
2015
 №44
 №45
 №46
 №47
2016
 №48
 №49
 №50
 №51
2017
 №52
 №53
 

В.В. Тетерин

Кониченко Ж.Д., Юрченков В.А. На пороге реформ: Общественно-политическая жизнь Мордовии в первой половине 1990-х годов. Саранск, 2006. — 368 с.

НОВЫЙ ЭТАП В ИЗУЧЕНИИ ОРГАНОВ ВЛАСТИ МОРДОВИИ В ПЕРИОД ПОСТСОВЕТСКОГО «СУВЕРЕНИТЕТА»

До издания монографии Ж.Д. Кониченко и В.А. Юрченков развитие политической системы Мордовии в первой половине 1990-х гг. не становились предметом комплексного изучения. Исследовались лишь отдельные аспекты развития общественно-политической жизни, часто давалась лишь описательная или краткая справочная информация. Авторами чаще всего были юристы, социологи, а не историками, что не могло не накладывать отпечаток на содержание и направление исследований. Лишь в немногих изданиях присутствовал исторический подход, рассматривалось становление республиканских институтов власти в динамике, учитывая внешние и внутренние факторы, влияющие на этот процесс, но и они не свободны от недостатков, обусловленных как политической конъюнктурой, так и узостью источниковой базы.

Таким образом, монография Ж.Д. Кониченко и В.А. Юрченкова представляет собой первое целостное научное исследование, в котором авторы попытались представить объективную картину общественно-политического развития Мордовии в первой половине 1990-х гг. — времени оформления в регионе политической системы современного типа.
По мнению авторов монографии, в процессе политической трансформации республика прошла несколько этапов, различающихся содержанием общественно-политической жизни и основными движущими силами.

В 1990—1991 гг. основными участниками политической борьбы были действующие республиканские органы власти, с одной стороны, и оппозиционное им демократическое движение — с другой. Этот этап завершился победой лидера местного отделения движения «Демократическая Россия» В.Д. Гуслянникова на выборах президента республики в декабре 1991 г.
В 1992—1993 гг. главной движущей силой политической жизни стала борьба между президентом и Верховным Советом Мордовии, которая завершилась победой последнего и упразднением поста президента. Роль демократического движения на этом этапе резко снизилась и постепенно сошла на нет. Республику в это время возглавлял председатель Верховного Совета Мордовии Н.В. Бирюков (выходец из советской номенклатуры).

В 1993—1995 гг. основная борьба шла внутри политической элиты, сформировавшейся в советский период. Этот этап закончился победой Н.И. Меркушкина и принятием новой Конституции Республики Мордовия в сентябре 1995 г. После этого произошли консолидация и упрочение региональной политической власти.

Авторская концепция периодизации развития политической системы Мордовии заслуживает особого внимания. По сути, по мнению Ж.Д. Кониченко и В.А. Юрченкова, республика прошла следующие этапы: советская республика (до конца 1991 г.), президентская (1992—1993 гг.), советско-парламентская (1993—1994 гг.) и современная (с 1995 гг.). Данная периодизация вполне выдерживает критический подход и, как показывает анализ, проведенный авторами, наиболее адекватно отражает ход трансформации политической системы Мордовии. Кроме этого, по мнению авторов, важной особенностью политического развития Мордовии в первой половине 1990-х гг. было то, что она не принимала участие в «параде суверенитетов», трансформировав свой государственно-правовой статус без провозглашения и конституционного оформления суверенитета (Декларация о государственно-правовом статусе МССР, принятая в декабре 1990 г., была вполне «умеренной»).

Достоинством монографии является то, что, давая свою оценку различным событиям, происходившим в это время в Мордовии, авторы оставляют читателю возможность самостоятельно, на основании приведенных в тексте документов, сделать собственные выводы. Монография насыщена документами; там, где это возможно, они приводятся полностью. Внешне это выглядит как излишне обильное цитирование. Но, по всей видимости, это оправданно, так как позволяет наиболее полно и без искажений передать позицию того или иного политика или автора, почувствовать «дух» времени, ощутить накал политической борьбы начала 1990-х гг.

Другое дело, что книге явно не хватает компаративистского подхода: неплохо было бы сравнить процессы, происходившие в Мордовии в начале 1990-х гг., с процессами в других регионах (и прежде всего — в национальных республиках), но данное сравнение, по-видимому, и не входило в задачи авторов монографии. В тоже время бесспорным достоинством является применение междисциплинарного подхода, с привлечением, помимо исторических, также и методов юридической науки, а также политологии и социологии, что вполне оправданно, учитывая специфику проблематики монографии.

Вообще, эта книга ярко выделяется на фоне остальных исследований мордовских ученых, посвященных новейшей истории республики. К достоинствам ее относится и системный подход авторов к раскрытию темы. Он выражается, во-первых, в том, что в монографии рассматриваются, по возможности, все стороны общественной жизни Мордовии, при этом их исследование проводится в контексте общероссийских процессов, происходивших в это же время. Во-вторых, системный подход проявляется и в том, что авторы рассматривают точки зрения всех сторон, участвовавших в политической борьбе в Мордовии в эти годы, привлекая для этого как опубликованные источники, так и архивные материалы, свидетельства участников событий, происходивших в республике. Еще раз повторим, что особенностью и достоинством монографии является широкая документальная база, привлечение правовых актов и стенографических отчетов заседаний различных органов власти Мордовии, цитирование которых позволяет автора наглядно и убедительно аргументировать те или иные свои положения и выводы.

В этой связи необходимо отметить, что исторический подход к изучению «транзитного» периода истории Мордовии позволил авторам монографии избежать выводов о случайности тех или иных событий, происходивших в это время. На основе изученных документов и свидетельств очевидцев событий авторами утверждается тезис о единственно возможном варианте развития политической ситуации в Мордовии в начале 1990-х гг., предопределенным как экономическим потенциалом республики, так и национальным и социальным составом населения.

Отдельная глава монографии посвящена изучению общественно-политических движений, возникших и активно действовавших в Мордовии в то время. Эти движения справедливо называются авторами  показателями политической трансформации в республике, и их подробное изучение оправданно той ролью, которую они играли в общественно-политической жизни Мордовии в начале 1990-х гг. Кроме того отдельно рассматриваются различные течения в мордовском национальном движении, также испытывавшем в это время мощный подъем. Его представители (прежде всего, члены самого мощного и политически активного движения «Масторава») принимали активное участие в событиях политической жизни республики, сначала на стороне демократической оппозиции, от союза с которой вследствие серьезных противоречий по вопросу «суверенитета» Мордовии им постепенно пришлось отказаться, а затем самостоятельно. Впоследствии, в силу объективных факторов, влияние мордовского национального движения в политике Мордовии сошло на нет. Причины этого процесса, его ход также подробно рассматриваются в монографии Ж.Д. Кониченко и В.А. Юрченкова.

Стоит отметить, что книга носит не только научный, но и справочный характер. В приложениях, которые занимают более половины ее объема, представлены документы, относящиеся к важнейшим событиям этого периода истории Мордовии. В частности, представлены документы о принятии Декларации о государственно-правовом статусе МССР (ноябрь—декабрь 1990 г.), о политической ситуации в Мордовии в связи с деятельностью ГКЧП СССР, о президентской республике в Мордовии (1992—первая половина 1993 гг.). В их состав вошли тексты проектов и окончательных редакций правовых актов, стенографических отчетов с заседаний Верховного Совета Мордовии (включая и выступления депутатов по важнейшим вопросам), статей в периодической печати Мордовии, писем жителей республики в различные органы власти. Также в приложения включены программы и уставы различных движений, важнейшие документы, отложившиеся в ходе их деятельности, публикации в печати. Представленные документы ранее не публиковались в рамках одного издания.

Таким образом, в монографии Ж.Д. Кониченко и В.А. Юрченкова впервые предложен исторический подход к исследованию общественно-политической жизни Мордовии в первой половине 1990-х гг., сочетающий в себе системный взгляд и детализацию при изучении отдельных вопросов общественной жизни. Полноценное исследование темы позволяет авторам сделать обоснованные выводы о характере процесса развития Мордовии в период трансформации ее политической системы, об основных проблемах, которые приходилось решать в экономике и политике республики в эти годы, об особенностях, накладываемых на этот процесс спецификой «суверенной» республики в составе России.  Исследование процесса трансформации политической системы Мордовии авторы монографии ограничивают сентябрем 1995 г., когда была принята действующая сейчас Конституция Мордовии и сформирована современная структура органов государственной власти республики: глава Республики Мордовия — высшее должностное лицо Мордовии; Государственное собрание — высший представительный и законодательный орган власти; правительство — высший орган исполнительной власти; суды.

Тем самым авторы заложили добротную основу для изучения истории дальнейшего развития политической системы Мордовии, во второй половине 1990-х—2000-е гг.

В частности, важно отметить, что структура власти, сложившаяся в Мордовии в 1995 г., остается неизменной до сих пор, а что касается политического строя, то, по сути, произошла консервация авторитарного режима с главой республики Н.И. Меркушкиным, находящимся в центре системы органов власти. Несомненно, данное положение вещей имеет своими истоками процессы, протекавшие в 1994—1995 гг., когда к власти пришла правящая сейчас в республике группировка элиты.

В этой связи показательны взаимоотношения, сложившиеся постепенно между Государственным собранием и главой Мордовии, то есть законодательной и исполнительной властью республики. Начиная с осени 1995 г., с момента принятия Конституции Мордовии и введения поста главы Мордовии, который занял Н.И. Меркушкин, он стал играть ведущую роль в политической жизни республики. Фактически  деятельность парламента была подчинена главе Республики Мордовия и сводилась к законодательному обеспечению его политики. Это подтверждается помимо прочего и сведениями о распределении законопроектов по субъектам законодательной инициативы. Согласно открытым источникам, за время работы Государственного собрания Республики Мордовия трех созывов повысилась доля законопроектов, внесенных главой республики (с 8,2 % в 1995—1998 гг. до 39,2 % в 2003—2005 гг.) и снизилась доля законопроектов, внесенных правительством (с 56,2 % до 27,9 % соответственно), осталась практически неизменной доля законопроектов комитетов и Совета Государственного собрания (около 32 %).

Ослабление роли парламента в структуре власти Мордовии вызвана совокупностью причин. Так, реальная власть в республике (всегда связанная с руководством исполнительной властью) изначально была у главы Республики Мордовия, который мог добиться назначения своего кандидата на пост главы правительства Мордовии под угрозой роспуска парламента и заблокировать любые законы, принятые Государственным собранием (для преодоления вето нужно повторное одобрение закона большинством не менее двух третей голосов от установленного числа депутатов, то есть, фактически, большинство депутатов должно быть представителями оппозиции). Расплывчатые формулировки Конституции Республики Мордовия («принимает меры по защите прав и свобод человека и гражданина, по согласованному функционированию государственных органов Республики Мордовия» и т.п.) позволяли принимать указы главы по любому вопросу. Впрочем, этого не требовалось: абсолютное большинство депутатов всех трех созывов Государственного собрания были сторонниками главы Республики Мордовия  (большинство за сторонниками Н.И. Меркушкина в Государственном собрании второго и третьего созывов в значительной степени обеспечивалось применением административного ресурса). Таким образом, ситуация в Мордовии в этом отношении была аналогична положению дел во многих российских республиках, где главы исполнительной власти административными методами тоже добивались максимального представительства своей клиентелы в парламентах.

Сосредоточению реальной власти у главы Республики Мордовия  способствовало и то обстоятельство, что практически одновременно с принятием Конституции и выборами председателя Государственного собрания Н.И. Меркушкина на пост главы Республики Мордовия в республике был завершен период реального двоевластия: 25 сентября 1995 г. от долгой болезни скончался председатель Совета министров Республики Мордовия  В.Н. Швецов, назначенный еще «старым» Верховным Советом МССР с гарантиями несменяемости в течение 2-х лет.
Начиная со второй половины 1990-х гг. в республике прошли три электоральных цикла (выборы парламента в 1999, 2003 и 2007 гг.), по результатам которых властная элита сохраняла статус-кво. Конечно, частичное обновление депутатского корпуса и руководящих органов парламента происходило, но из-за того, что в Государственном собрании нового созыва абсолютное большинство депутатов, из которых рекрутировались кандидаты на руководящие должности, были сторонниками Н.И. Меркушкина, реального изменения в расстановке политических сил внутри парламента не происходило.

Все это время парламент занимался законодательным обеспечением политики главы республики, не играя самостоятельной роли в политической жизни республики. Между тем, как показывают в своей монографии Ж.Д. Кониченко и В.А. Юрченков, в начале 1990-х гг. республиканский парламент был центром системы органов власти и в понижении его статуса и влияния (здесь ситуация в Мордовии была аналогична ситуации на федеральном уровне) есть коренное отличие между двумя этими периодами новейшей истории республики.

Весь современный период (начиная с 1995 г.) истории республики правящая элита не пыталась расширить границы ее суверенитета. Наоборот: начиная с прихода к власти В.В. Путина, она активно поддерживала процесс укрепления вертикали власти, причиной чему была постоянная зависимость от дотаций из Москвы. Этим же объясняется и та легкость, с которой парламент Мордовии по требованию федерального центра (как правило, выраженному в прокурорских представлениях) вносил изменения в республиканское законодательство.

Таким образом, можно сказать, что осенью 1995 г., с принятия новой Конституции Мордовии начался новый период в жизни республики, фактически с президентской формой правления (в данном случае аналогом президентского поста является пост главы республики) и политическим режимом, который условно можно обозначить применяемым некоторыми авторами термином «региональный авторитаризм».

Несомненно, не этого ожидали те демократы Мордовии «первой волны», которые так активно боролись в начале 1990-х гг. против коммунистического режима за «гласность» и «власть Советов». Как показано в монографии Ж.Д. Кониченко и В.А. Юрченкова, эта борьба была серьезным испытанием для демократической общественности Мордовии, и она принесла свои плоды. Именно тогда в республике стали складываться зачатки гражданского общества, формироваться общественные структуры, в том числе и ради контроля над органами власти. Особенно важно то, что эти процессы зачастую шли автономно от процессов общероссийских. Конечно, в этот период было сделано много ошибок, ведь навыков жизни в условиях демократии у граждан не было, но результатом их стало приобретение бесценного опыта борьбы за свои права, за представительство общественных интересов в структурах государственной власти. Ж.Д. Кониченко и В.А. Юрченков абсолютно правы, когда заявляют, что именно в начале 1990-х гг. в Мордовии произошла замена политической системы советского типа политической системой демократического типа, хотя последняя и не свободна от многих недостатков «молодых» демократий.

Вверх

Антибольшевистская Россия Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru