Новый исторический вестник

2006
№1(14)

ПОДПИСАТЬСЯ КУПИТЬ НАПЕЧАТАТЬСЯ РЕДКОЛЛЕГИЯ EDITORIAL BOARD НОВОСТИ ФОРУМ ИЗДАТЬ МОНОГРАФИЮ
 №1
 №2
2000
 №3
 №4
 №5
2001
 №6
 №7
 №8
2002
 №9
2003
 №10
 №11
2004
 №12
 №13
2005
 №14
2006
 №15
 №16
2007
 №17
2008
 №18
 №19
2009
 №20
 
 №21
 
 №22
 
 №23
2010
 №24
 
 №25
 
 №26
 
 №27
2011
 №28
 
 №29
 
 №30
 
 №31
2012
 №32
 
 №33
 
 №34
 
 №35
2013
 №36
 №37
 №38
 №39
2014
 №40
 
 №41
 
 №42
 
 №43
2015
 №44
 №45
 №46
 №47
2016
 №48
 №49
 №50
 №51
2017
СОДЕРЖАНИЕ
  ЖУРНАЛ РОССИЙСКОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО ГУМАНИТАРНОГО УНИВЕРСИТЕТА

Б.А. Антонов

Eisenhardt U. Deutsche Rechtsgeschichte. 4. Аufl. Muenchen, 2004. – S. 638.

Монография У. Айзенхардта «История германского права» посвящена историческому формированию германского права со времен распада Западной римской империи и заканчивая объединительным процессом в ФРГ в конце XX в. Она неоднократно переиздавалась в 1990– 2000-е гг., став одной из самых известных работ по истории германской государственности. Лаконичность изложения и одновременно масштабный охват исторического процесса – ее отличительная черта.

Состоит монография из 26-ти глав, каждая из которых посвящена либо определенной германской исторической форме правления и ее основному законодательству (в качестве примеров можно привести Конституцию Священной Римской империи германской нации, а также Веймарскую республику), либо формированию конкретной отрасли права в определенный исторический период (развитие частного права в конце XVIII в.), либо политико-правовым процессам, протекавшим на территории германских государств или единой Германии (рецепция римского права, объединение Германии).

Все главы предваряют многочисленные списки правовой литературы тех историков, которые целенаправленно занимались решением изложенного в данной главе вопроса. В связи с этим, историко-правовой материал 25-ти глав представляет собой господствующее мнение германских историков-правоведов. Характерным исключением является 21-я глава «Право и юстиция в период господства национал-социализма», которая повествует о наиболее проблемной области германской правовой истории. Дело в том, что в силу ее сложности и определенной «политической  и моральной деликатности» германские историки-правоведы до сих пор не выработали единого подхода к ее оценке. К сожалению, и историко-правовой материал данной главы «грешит» некоторыми идеологическими штампами: использование таких устойчивых словосочетаний как «враждебность праву», «иррационализм национал-социалистической мысли» и «ужасная формула» («право – это то, что использует народ») ведет к нарушению известного правила: догмы любого историка – «без гнева и пристрастия» (sine ira et studia). Заявляя в начале 1-й главы принцип правового континуитета в качестве основы германской государственности, автор не обозначает явную преемственность между позитивистской (Г.В.Ф. Гегель, Р. фон Иеринг) и кильской школой (К. Шмидт) и отрицает историческую связь между современным германским законодательством и теми правовыми механизмами, которые были сформированы в период Великой депрессии и Третьего рейха и в дальнейшем обеспечивали развитие права и его адаптацию к различным социально-экономическим условиям. Отсутствие правового анализа механизмов развития права свидетельствует о том, что автор не придает им должного значения, что несколько снижает научную ценность монографии.

Хотя У. Айзенхардт объясняет «иррационализм» права 1933–1945 гг. влиянием на него национал-социалистической идеологии, что в конечном итоге приводит к слиянию идеологии и права (в частности, к объединению понятий «право» и «мораль», «народ» и «раса»), не следует оценивать данный процесс слияния как из ряда вон выходящий, поскольку любая власть вне зависимости от ее политической ориентации подбирает нужное ей политическое толкование того позитивного права, которое она формулирует, будь то Священная Римская империя или Веймарская республика.

В монографии достаточно подробно представлены взгляды кильского профессора К. Ларенца и профессора Академии германского права Х. Ланге относительно вопроса модернизации права в рамках национал-социалистического правопонимания. На этом фоне отсутствие мнения К. Шмидта является определенным пробелом в понимании национал-социалистического мировоззрения представителями кильской школы, которой принадлежит значительная роль в перестройке частного права в Третьем рейхе.

Рассмотрение судебной системы Третьего рейха (компетенции Народного суда, имперского суда, обычных и особых судов) является наиболее полным и объективным в монографии У. Айзенхардта. В частности, справедливо сделан упор на такой ее характерной черте как дуализм. Речь идет, с одной стороны, об очевидной зависимости судебной власти от исполнительной, а с другой – о расширении компетенции судей относительно принципа «нет преступления без наказания» в области вынесения приговоров под влиянием господствующей идеологии (поскольку многие составы преступления формулировались крайне расплывчато, открывался простор для произвола судей).  Им предписывалось при принятии решений «в меньшей степени исходить из закона и в большей степени из принципиальной идеи, что правонарушитель должен быть удален из общества».

Главным недостатком подхода, использованного автором в оценке национал-социалистического режима, заключается в формировании представления о нем как о политическом режиме, отчужденном от правовой истории Германии (вопреки принципу правового континуитета) и не имеющим ничего общего с ее многовековым духом. К примеру, концентрация политической власти в одних руках не является чем-то экстраординарным, поскольку в арабских теократических государствах, Великобритании, России, Китае, ФРГ (где имеет место быть юридическая подконтрольность судебной власти) принцип разделения властей является в большей степени исключением, чем правилом. 

Монография У. Айзенхардта – не только хронологический перечень германских исторических форм правления, политических режимов и юридических документов: это также яркий опыт исследовательских наблюдений над различными аспектами правовой истории Германии. Соблюдение равенства приоритетов исторического и юридического анализа при толковании очередного феномена, несомненно, является ее большим достоинством.

Вверх

Антибольшевистская Россия Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru