Новый исторический вестник

2005
№1(12)

ПОДПИСАТЬСЯ КУПИТЬ НАПЕЧАТАТЬСЯ РЕДКОЛЛЕГИЯ EDITORIAL BOARD НОВОСТИ ФОРУМ ИЗДАТЬ МОНОГРАФИЮ
 №1
 №2
2000
 №3
 №4
 №5
2001
 №6
 №7
 №8
2002
 №9
2003
 №10
 №11
2004
 №12
 №13
2005
 №14
2006
 №15
 №16
2007
 №17
2008
 №18
 №19
2009
 №20
 
 №21
 
 №22
 
 №23
2010
 №24
 
 №25
 
 №26
 
 №27
2011
 №28
 
 №29
 
 №30
 
 №31
2012
 №32
 
 №33
 
 №34
 
 №35
2013
 №36
 №37
 №38
 №39
2014
 №40
 
 №41
 
 №42
 
 №43
2015
 №44
 №45
 №46
 №47
2016
 №48
 №49
 №50
 №51
2017
СОДЕРЖАНИЕ АВТОРЫ НОМЕРА
  ЖУРНАЛ РОССИЙСКОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО ГУМАНИТАРНОГО УНИВЕРСИТЕТА

 

ИСТОРИЯ ПОСТСОВЕТСКОЙ РОССИИ НА СТРАНИЦАХ ВУЗОВСКОГО УЧЕБНИКА
(материалы «круглого стола»)

Учебная литература по истории России несет исключительную ответственность за формирование исторического знания, является навигатором учащегося в необозримом историческом пространстве, оказывает помощь преподавателю. Историческая наука не стоит на месте: постоянно разрабатываются методологические подходы, вводятся в научный оборот новые источники, становятся известными новые факты. Да и сама жизнь непрерывно идет вперед, оставляя после себя, как след, новое историческое пространство, которое необходимо изучать. В подобных условиях общество не может позволить себе пользоваться одним учебником даже 5 - 10 лет. Сегодня учебную литературу необходимо обновлять чуть ли не ежегодно для того, чтобы не отстать от развивающихся процессов.

Особенно это относится к истории XX в., и в частности к истории современной, постсоветской России. Именно здесь в исторической науке остается еще очень много неразрешенных вопросов. Вокруг истории XX в. - множество историографических и методологических дискуссий. А история постсоветской России фактически сливается с современностью, не обладая, таким образом, определенной исторической отдаленностью, необходимой для концептуального осмысления периода. Однако школа, прежде всего высшая, не ждет, поскольку преподаватель истории не может сказать студенту или ученику: «После распада СССР в 1991 году история нашего государства закончилась, и если вы хотите, знать, что было дальше, читайте газеты и смотрите телевизор». Студент еще только учится анализировать и проверять на достоверность огромное количество информации, зачастую противоречивой, которую он черпает из многочисленных источников, и в этих условиях фактологически точный и объективный учебник ему просто необходим. Поэтому создание учебников по истории, в том числе по истории постсоветской России, является насущной задачей сегодняшнего исторического образования, и, несмотря на колоссальные трудности, с которыми сталкиваются авторы подобной литературы, эту задачу необходимо решать.

23 июня 2004 г. на кафедре отечественной истории новейшего времени Историко-архивного института Российского государственного гуманитарного университета состоялось обсуждение проекта учебника «История современной России», работу над которым начал авторский коллектив, сформированный на кафедре под руководством зав. кафедрой А.Б. Безбородова. В обсуждении приняли участие: д.и.н., проф. А.Б. Безбородов; д.и.н., проф. Л.Г. Березовая; к.и.н., доц. М.Ф. Румянцева; д.и.н., проф. Л.М. Дробижева; д.и.н., проф. В.Л. Шейнис; к.и.н., доц. А.В. Голубев; к.и.н., доц. О.В. Павленко; заместитель главного редактора издательства «Высшая школа» Г.Н. Усков; д.и.н., проф. В.Д. Зимина; к.и.н., доц. А.А. Киличенков; к.и.н., проф. Н.В. Елисеева.

А.Б. Безбородов:

Тема сегодняшнего «круглого стола» носит сугубо рабочий характер: обсуждение первоначальных разработок структурного  построения учебника, предварительное название которого - «История современной России».

Авторский коллектив представлен Институтом российской истории РАН, Институтом социологии РАН и тремя кафедрами Историко-архивного института: кафедрой отечественной истории новейшего времени, кафедрой общей политологии, кафедрой мировой политики и международных отношений. Таким образом, мы надеемся получить совместный вузовский и академический проект, объединяющий в себе учебно-методические разработки высшей школы с концептуальными основами академической науки.

Структура учебника построена по принципу «эпоха в эпохе». Это не совсем обычный подход, когда периоды 1985 - 1991 гг. и  1992 – 2005 гг. поданы проблемно, при этом второй период является логическим продолжением первого. Так показана проблемная преемственность.

Важным и пока открытым вопросом является необходимость представлять себе, для какого студенческого контингента мы пишем: исторических специальностей, неисторических гуманитарных или технических. Однако и увлекаться подобного рода градацией, пожалуй, не следует.

Неоспоримым явлением современного общества стала огромная плотность информационного потока при скоротечности происходящих событий. Все это зачастую не оставляет времени студенту остановиться и осмыслить для себя проблему терминологически. Поэтому из всего комплекса учебно-методических материалов, которые будут составной частью этого учебника, терминологии отводится особое место. Объяснение таких понятий, как «современная история», «реформа», «коммунистический режим», «глобализация», «этнополитика», «социальное государство», «международный терроризм» и другие, в высшей степени необходимо. Вопрос, как это сделать, пока остается открытым.

В учебнике будут и контрольные вопросы. Мы подойдем к этому более серьезно, чем в прежних наших работах.

Необходимо помнить, что на сегодняшний момент в исторической науке как мировой стандарт все больше поощряется отход от традиционного написания истории нации. Основной акцент делается на описании истории граждан, истории гражданского общества. Поэтому нашим приоритетным направлением является в первую очередь описание современного российского общества, его культурных и идеологических особенностей, развития в нем науки, технологий и т.п.

Кроме того, определенная научная новизна присутствует и в специальных подходах к изучению истории России, таких как социальный анализ, анализ этнополитических характеристик российского общества как социума и т.д.

И еще одна принципиально важная вещь, которую необходимо отразить: это - Россия в международных отношениях. В нашем учебнике как эпоха перестройки, так и современная Россия будут представлены в очень серьезном международном контексте.

Будут использоваться интернет–ресурсы и результаты социологических опросов. Я думаю, каждый из авторов серьезно представит то, что у него наработано в результате участия в международных конференциях, на научных встречах, форумах и других подобного рода мероприятиях. То, чего никогда не найдешь в архиве. И это, на мой взгляд, является очень важным. И конечно же, те базы данных, которые созданы в Центре по изучению постсоветской истории России, безусловно, будут использоваться.

Таким образом, необходим целый комплекс материалов, которые сделают этот учебник полновесным.

Л.Г. Березовая:

Первый вопрос, который сразу возникает, это вопрос о  концептуальном обосновании этого учебника. Необходимо с самого начала заявить, в каком подходе будет вестись работа: цивилизационный это подход, социокультурный или какой-то еще. Мне кажется, нужна глава о том, как мы понимаем современность, современную Россию, и все термины, которые здесь будут присутствовать. В этой связи весьма разумной представляется идея о том, чтобы дать какой-то понятийный аппарат. И она, на мой взгляд, не должна превратиться в формальность. Ключевые термины и сам текст должны быть увязаны в одно целое, и тогда категориальный аппарат органично войдет и станет ядром для каждой главы.

Второе замечание сводится к следующему: не стоит стремиться объять необъятное. Если мы хотим создать концептуальный учебник, нет смысла увлекаться перечислением  имен, дат и событий, ибо их можно перечислять бесконечно и стандартного объема учебника на это попросту не хватит. Гораздо важнее в этом случае составить концептуально-проблемный костяк, который и высветит всю проблему целиком, а события и даты должны присутствовать лишь в качестве иллюстраций, подтверждающих суть освещаемого вопроса. Для примера приведу раздел, касающийся культурной жизни российского общества. Если мы не выведем вопрос о ценностной основе современного общества и ее выражении в фундаментальной, массовой культуре и т.д. в качестве концептуального вопроса главы, то мы можем сколь угодно долго перечислять события культурной жизни данного периода, но это не приведет студента к пониманию сути культурного развития. В начале главы, касающейся международных отношений, также должен быть поставлен ключевой вопрос - например, геополитика, - а все остальные проблемы выстраиваются вокруг нее. Если такой подход будет соблюдаться, тогда все главы неизбежно станут проблемными. Я думаю, что каждая рабочая группа по своему разделу должна составить такой концептуальный костяк, иначе мы не получим такого хорошего учебника, который надеемся получить.

М.Ф. Румянцева:

Хочу сразу сказать, что подобный проект можно только приветствовать. Однако не могу не упомянуть о том, что меня смущает название - «История современной России». Эта формулировка не вполне корректна, потому что, на мой взгляд, название должно читаться и через сто лет, и если через сто  лет выйдет переиздание этого учебника «История современной России», то это внесет некоторую путаницу в интерпретацию хронологических рамок периода. Название должно стать более концептуальным. В крайнем случае, хронологические рамки работы нужно представить в первых же словах введения.

Изучение незавершенных процессов - сама по себе проблема чрезвычайно сложная. И, вероятно, для этого нужны принципиально новые методологические подходы. Таким образом, присоединяясь к замечанию Лидии Григорьевны о концептуальных основаниях учебника, я добавляю к нему вопрос о методологических основаниях.

Другой вопрос связан с критерием отбора опорных фактов, на которых будет строиться учебник. На мой взгляд, они должны быть выработаны прежде, чем будет начата работа над содержанием. Это же касается и персоналий, без которых исторический нарратив невозможен. В проекте персоналий почти нет, названы всего несколько фамилий, причем принцип их отбора не ясен.

История современности неразрывно связана с развивающимся и не завершенным ныне политическим процессом. Авторы учебника должны отдавать себе в этом отчет и избегать, по возможности, политизации содержания и изобилия своих собственных оценок. При описании современных политических процессов важно, чтобы их внимание было сконцентрировано на подборе максимально корректных с научной точки зрения формулировок.

Л.М. Дробижева:

Важнейшей частью перемен, произошедших в нашей жизни за последнее десятилетие, являются изменения в социальной структуре общества. Появление новых социальных страт - принципиальнейший вопрос, требующий всестороннего изучения и, безусловно, описания. Что такое средний класс? Каково его определение? Что из себя представляет средний класс в России? Какова его численность? Как меняется общество на рубеже веков? Каковы его группы? Насколько и чем они отличаются от тех, что существуют на Западе? и т.д.

В разделе, посвященном культуре, чрезвычайно важным представляется рассмотрение вопроса о том, как рыночная экономика повлияла на ценностные ориентиры общества. Как нынешнее поколение дееспособного населения смотрит в будущее, насколько оно способно меняться: менять профессию, место жительства и т.д. В этом же разделе не должны остаться в стороне и вопросы религии.

Относительно содержания этой работы хотелось бы напомнить вам, уважаемые коллеги, что учебник прежде всего нуждается в том, чтобы он был прочитан, а потому он должен быть интересным, чтобы его хотелось читать. Приходится признать, что традиционный стиль изложения в наших учебниках достаточно сух, поэтому они не очень интересны. Может быть, нам стоит подумать над тем, чтобы изменить эту ситуацию. Привнести в нее что-то новое, способное заинтересовать студента, «зацепить» его, приковать его внимание к тексту. Тем более что подобный опыт уже существует в западной историографии. Однако мы вполне могли бы создать и свой собственный стиль изложения.

Что касается методологии, то, по моему мнению, невозможно использовать один и тот же метод для всего учебника, так как для изучения и описания каждого явления необходим свой подход. Поэтому методология в каждом разделе должна быть своя: где-то это будет конструктивизм, где-то инструментализм, где-то социокультурный подход, где-то что-то иное. Это - принципиальные вопросы, и их мы должны решить, прежде чем начнем работать. 

 

В.Л. Шейнис:

Написание этого учебника - не что иное, как попытка осмыслить то, что происходило в недалеком прошлом, то, что для большинства присутствующих является частью биографии, а для студентов зачастую так же далеко и туманно, как, скажем, Крымская война или Суворовские походы. Таких попыток осуществляется немного, и посему эта работа на сегодняшний момент чрезвычайно востребована и, более того, необходима. Поэтому я не побоюсь заявить, что этот учебник может стать этапным в развитии кафедры и всего Историко-архивного института.

Одной из наиболее важных проблем при написании текста является структурирование материала. Здесь зачастую возникает некоторая сложность, связанная с необходимостью выбирать между проблемным освещением ситуации и фактической хронологией. Не стану спорить, проблемная подача материала важна, однако не стоит забывать и того, что хронология для исторической науки - это основополагающий принцип, и пренебрежение ей чревато серьезной путаницей.

Для сохранения проблемного подхода при написании текста учебника, на мой взгляд, желательно придерживаться следующего принципа: первая строчка каждого абзаца обозначает общую постановку проблемы, далее идет раскрытие темы, а затем приводятся факторы ее развития. При этом обе части, следующие за постановкой проблемы, должны быть равнозначны по объему.

 

А.В. Голубев:       

Сегодня достаточно часто высказывается мнение, что учебники для высшей школы как таковые не нужны. Сторонники этой точки зрения ставят вопрос так: высшее образование в России - это повинность или привилегия? Если привилегия, тогда зачем учебники? Ведь студенты жадно будут впитывать информацию из уст профессоров, а изучать историю смогут по монографиям. Однако из опыта можно заключить, что высшее образование для конкретного студента на практике превращается скорее в повинность, нежели привилегию, а посему учебники, безусловно, необходимы, и сегодня мы обсуждаем вполне конкретный проект.

Ключевой концепцией данного учебника, на мой взгляд, должен стать анализ процессов модернизации. Это необходимо оговорить уже во введении, поскольку оценивать историю России, не понимая, что в XX в. она прошла вторую стадию модернизации, ошибочно. Главная причина распада СССР: общество переросло политический режим. Тот режим, который так старательно модернизировал общество, наконец, добился определенного успеха и перестал отвечать потребностям этого общества. Именно поэтому в 1991 г. никто не выступил на защиту разрушенной империи.

Меня насторожил момент, связанный с историей гражданского общества: все дело в том, что в России пока нет гражданского общества. Его не было ни в 1917 г., ни в 1905 г., ни в 1937 г., ни в 1991 г. Оно еще не успело сформироваться, несмотря на то, что формировалось и в рамках дореволюционной системы, и в рамках системы советской. Сейчас оно тоже пытается формироваться. Но, видимо, все эти попытки были и остаются недостаточно смелыми, и поэтому до сих пор гражданского общества в России нет. Следовательно, мы и не можем писать его историю. Но, разумеется, мы можем и обязаны писать историю общества как такового.

Далее, мне понравилась мысль о том, чтобы раздел, посвященный культуре, построить на ценностных ориентациях общества. В принципе это, безусловно, необходимо. Но кто возьмет на себя ответственность за выводы? Разве может кто-нибудь сейчас конкретно заявить о том, какие они - ценностные ориентиры общества? Для меня этот вопрос весьма сомнителен. Разумеется, его нельзя обойти стороной, но здесь очень много подводных камней. И если мы говорим о науке, то должны быть предельно осторожны с оценками.

Было упомянуто о необходимости введения раздела «Россия в международных отношениях». На мой взгляд, целесообразно было бы ввести в этот раздел следующий момент: изменение восприятия России в мире российским обществом. Кто мы? Кто мир? Где Запад? Где Восток? Как мы к ним относимся? Враги они нам или нет? Мы впереди или мы позади? Мне кажется это очень важным.

А в целом это начинание можно только приветствовать, поскольку осмысление современной России необходимо. И даже если сейчас мы не сможем ответить на все вопросы, то хотя бы мы сможем поставить их и дать толчок для осмысления. А это уже очень важно.

 

О.В. Павленко:

Принципиальное значение при написании учебного текста имеет терминология. Необходимо согласовать «теоретическую систему координат», в которую будут вписаны события. Особенно это касается понятий, имеющих многозначные смыслы. К примеру, «идентичность» используется в различных дискурсах и имеет зачастую прямо противоположные толкования: от внутреннего «Я» субъекта до внешнего образа в «чужой среде».

Что касается структуры работы, то, на мой взгляд, необходимо добавить еще один сюжет - связанный с народонаселением. Демографические процессы отражают результаты политических, экономических и социальных реформ, проводимых в государстве в 1990-е гг. Проблема «старения нации», ее генетический потенциал и трансформация групп населения в пределах государственной территории - все эти аспекты прямо влияют на векторы экономической и социальной политики государства. 

 

Г.Н. Усков:

Вы абсолютно правы в том, что учебники имеют свои собственные жанровые особенности и определенные ограничения, вводимые для различных групп обучающихся. Задача в том, чтобы получить как можно более универсальную учебную книгу, которая удовлетворит и студентов исторических факультетов педагогических вузов, и студентов классических университетов. Если это удастся, то можно будет сказать, что удалась глубокая научная и методологическая работа. Я уверен, что авторский коллектив способен создать такую книгу.

     Что же касается дискуссий о том, нужны ли студенту учебники или нет, то здесь я позволю себе высказаться однозначно: да, необходимы.

Возможно, они не первостепенны в ведущих вузах Москвы и Санкт-Петербурга, где есть замечательные преподаватели и богатые библиотеки. А вот в провинции, где ситуация иная, без учебника изучать историю невозможно. Учебник является навигатором в информационном пространстве, и он ни в коем случае не ограничивает возможность изучения истории по монографиям.

Я согласен с тем мнением, что учебник не нуждается в большом массиве фактов. В подобного рода литературе необходимо ставить прежде всего проблемы, решая которые студент вынужден будет обратиться к нужным ему источникам и монографиям. На мой взгляд, именно это делает книгу учебником.

Кроме того, мне хотелось бы вам напомнить, уважаемые авторы, о чрезвычайной важности методического оснащения учебника. Мне кажется, что еще недавно мы на этом элементе учебной книги экономили: излагая текст, забывали, что пишем для студента. А ему необходимо максимально облегчить изучение материала. Мы не должны забывать, что учебник – это не академическое исследование и не чистая наука. Учебник - это наука вместе с методикой, и последней надо уделить как можно больше внимания, ведь мы с вами призваны помочь студенту разобраться в фактах и явлениях чрезвычайной сложности.

В заключение могу сказать, что потребность в учебнике по истории постсоветской России огромна. И потому работу по его созданию я не побоюсь назвать крайне необходимой на сегодняшний момент.

 

В.Д. Зимина:

Сегодняшнее обсуждение в очередной раз показало: одна из существенных проблем исторического знания - что и как переносить из исторической науки в образовательную практику. Эффективность исторического знания зависит от степени его адекватности содержанию постоянно изменяющихся качественных компонентов исторической науки. Речь идет прежде всего о соответствии основных концептуальных парадигм, объясняющих характер исторического развития России на его разных этапах, эффективным способам познания исторической реальности. Такого рода парадигмы должны, с одной стороны, охватывать исторический процесс в целом, а с другой – не потерять из виду характер взаимоотношений отдельных частей этого целого. Я абсолютно согласна с тем, что единая методологическая концепция учебника нужна, и во «Введении» она должна быть четко обозначена. Но при этом важно сохранить авторскую позицию как основу для формирования дискуссионного поля в рамках единой методологической парадигмы. В этом мне видится оригинальность данного учебника, гарантия его квалификации как учебника нового поколения.

Прикладной характер данного учебника, его обращенность к анализу политических, экономических и социальных процессов современной России заставляют задуматься об их историографическом осмыслении. Мне представляется необходимым   включение в текстовую канву учебника отдельных историографических сюжетов. Студентам (а именно на них в первую очередь рассчитан данный учебник) следует показать по возможности многоплановую палитру оценочных характеристик событий, явлений и процессов отечественной истории постсоветского периода. Это будет для них не просто интересно, но и полезно с точки зрения формирования собственной позиции, а также аналитических способностей для возможного прогнозирования и моделирования, в первую очередь, политических процессов. Важно, чтобы обучающиеся овладели  методологией анализа исторического процесса, выработали необходимые мировоззренческие критерии оценки текущих событий.

Новизна и оригинальность нового учебника будут заключаться в тесном переплетении аналитического и прикладного компонентов в изучении современной России. Формирование информационно-образовательного поля, в рамках которого  происходило бы осмысление происходящих в современной России политических, экономических, социальных процессов, предусматривает акцентирование внимания студентов на анализе формирования гражданского общества и его составляющих. Мне представляется, что в учебнике должна быть прописана история становления политических партий и общественно-политических движений в современной России, проанализирован механизм их функционирования, формы и методы борьбы за власть. Без этого невозможно будет показать развитие социального протеста как одного из важнейших компонентов формирующейся политической системы на рубеже XX - XXI вв. 

Что касается методического оснащения будущего учебника, то хотелось бы видеть его как единый учебно-методический комплекс, который скоррелирован с познавательностью (вооружить знаниями и пониманием), с возбудительностью (ознакомить с позициями и ценностями), с психомоторностью (вооружить навыками) образовательного процесса. Хотелось бы уйти от традиционных форм методического обеспечения (контрольные вопросы, список рекомендуемой литературы и т.п.), чтобы  готовящееся учебное издание не воспринималось именно как учебник, набивший всем оскомину еще со школьной скамьи. Нужны новые формы методического оснащения, способные заинтересовать студента, стимулировать его быть активным в познавательном процессе. При отборе методического материала необходимо учитывать, благоприятствует ли он самостоятельному дальнейшему обучению, позволяет ли он структурировать освещаемые вопросы, дифференцирует ли он полученное знание на обязательное и дополнительное, показывает ли он возможности его использования в других отраслях знания.  

 

А.А. Киличенков:

Очень важный вопрос, требующий, чтобы мы обратили на него внимание - целесообразность введения элементов историографии и источниковедения в текст учебника. И в этом контексте напомню, что учебник адресован прежде всего студентам, обучающимся по специальности история, то есть тем, кто в процессе своего обучения самым непосредственным образом сталкивается с изучением историографии и источниковедения данного периода. Поэтому историографический и источниковедческий контекст в данном случае просто необходим. Естественным образом возникает проблема объема. Но ведь имея дело с таким обширным, таким многоуровневым предметом, как история, согласитесь, объема никогда не будет хватать. И тем не менее если бы в соответствующие разделы была введена краткая характеристика историографии, названы те работы и авторы, кто внес заметный вклад в развитие научного знания, то это существенно дополнило бы учебник и облегчило работу студента.

Второй вопрос касается названия «История современной России». Он уже звучал в сегодняшней дискуссии, однако, как мне представляется, остался открытым. Хронологические рамки, которые будут указаны в названии, начинаются 1985 г. и заканчиваются 2005 г. Остается непонятным, почему отсчет начинается именно с 1985-го, а не с 1991-го. Здесь необходимо самое серьезное концептуальное обоснование и оно должно быть дано во введении.

В заключение позволю себе дать небольшую методическую рекомендацию. Я предлагаю к каждой главе составить список проблемных вопросов. Этот шаг может стать очень продуктивным, так как сразу станет ясно, в какой мере спектр затронутых проблем адекватен заявленной тематике раздела и полон сам по себе.

 

Н.В. Елисеева:

Среди сегодняшних замечаний, безусловно, было много справедливых. Одним из них является пожелание избегать хронологической непоследовательности в изложении материала. Однако, к сожалению, я вынуждена констатировать, что подобная проблема является одной из самых сложных в нашей работе. К примеру, я думаю, все согласятся с тем, что описывать период перестройки, соблюдая хронологию всех одновременных событий - это одна задача. А выделять проблемно гласность или рассматривать реформаторский курс правительства с его официальным завершением - это задача совершенно другая. И она зачастую противоречит первой. То есть проблемная подача материала влечет за собой сбой в хронике, и наоборот. Каким образом совместить то и другое - это вопрос, на который нам еще предстоит ответить.

Что касается теории модернизации, то она, несмотря на все свои достоинства, остается всего лишь одной из теорий. Помимо нее существует множество других, не менее достойных. Теория демократических волн, например. Учебник можно поместить в контекст любой из них.

Однако главное в этой работе, на мой взгляд, заключается не в этом. Основная наша задача - познакомить студента с основным фактологическим материалом. Учебник должен быть читаем как учебник. Студенту необходимо сначала понять: что и когда произошло, кто были главными действующими лицами и каким образом они действовали. Из личного преподавательского опыта я уже сейчас могу констатировать, что сегодняшний студент в восьми случаях из десяти этого не знает. И только после того, как он познакомится с основным фактическим материалом, он может усвоить различные оценки, которые следует давать как «веер» версий различных ученых, а не навязанную автором учебника одну версию. Но в таком случае каждый раздел учебника должен предваряться или заключаться историографическим анализом проблемы. А возможно ли это в одном учебнике, не пострадает ли содержательная часть? Ведь написать о том, кто и как интерпретирует событие, – это большая и иная задача.

Помимо этого, нам физически не под силу отобразить хоть сколько-нибудь полно все историографические и общественные дискуссии по отдельным проблемам рассматриваемого периода хотя бы потому, что учебник имеет стандартный и весьма ограниченный объем: 22 печатных листа. И это вынуждает нас исходить прежде всего из экономичности текста. А принимая во внимание необходимость начинать с факта и его содержания, чем обеспечивается семантическая ясность текста, можно предположить, что на оценки попросту не останется места.

И эта же проблема встанет перед нами, когда мы поставим перед собой цель максимально полно оснастить учебник учебно-методическим комплексом. Зачем он нужен в информативно полном, логичном, структурированном учебнике, где предполагается дать биографии основных политических деятелей, хронику событий, достаточно разнообразную литературу по проблемам, «врезки» из источников? Если мы попытаемся снабдить его еще и множеством вопросов, тестов и заданий, то это получится скорее какое-то  пособие по самостоятельной работе, не обеспеченное собственной информативной базой и требующее «искать» ответы на вопросы в другой литературе. Как этого избежать? Как сделать несочетаемое сочетаемым? Нужно ли это делать? Как известно, постановка множества задач одновременно ведет к поверхностному результату в их решении. Может так случиться, что содержание учебника окажется в подчиненном отношении к методической части. А ведь  вся методическая составляющая любого учебника рассчитана на информативные и другие качества этого же учебника. Нам грозит одна опасность, которой хотелось бы избежать: стремление  включить в текст учебника и вопросы историографии и источниковедения, и комплекс методических заданий и прочее, что приведет к сокращению основного текста, из которого уже  нельзя будет получить ответы на задаваемые нами же вопросы и выполнить нами же предлагаемые задания. В этом случае методический просчет будет очевиден. Я думаю, мы, безусловно, будем над этими вопросами работать и, я надеюсь, найдем оптимальный вариант структуры учебника.

Хотелось бы сказать несколько слов и на замечание относительно написания нестандартного учебника, который ломал бы «заезжанные» методы традиционного учебного пособия. Позвольте заметить, что мы делаем эксперимент уже в том, что создаем учебную литературу по современному периоду. По этому периоду написано мало, и уже сама по себе эта работа невероятно трудна. Поэтому, я думаю, нам не стоит идти по пути эксперимента в эксперименте, дабы не усложнять и без того сложную проблему. А нужно написать классический, фундаментальный учебник, где будет ясно изложена основная информация по этому периоду.

 

А.Б. Безбородов:

Все присутствующие здесь, безусловно, понимают, что процесс изучения современной истории теснейшим образом связан с политической ситуацией в стране. Но мы с вами не политики. И должны помнить, что основная цель нашей работы - достижение максимальной степени объективности в освещении ситуации. Поэтому чрезвычайно важной и не менее трудной задачей является политическая неангажированность учебника.

Ничуть не меньше нее важна и фактическая точность, ведь относительно датирования некоторых событий уже сейчас существует по несколько версий. Однако нам, как авторам этой работы, необходимо приложить максимальные усилия для приближения к исторической точности.

Что касается вопросов концептуальности, то, я боюсь, вы слишком многого от нас требуете по этим сюжетам. Лично я не могу пока взглянуть концептуально на все происходящие вокруг нас события, ведь эта задача требует определенной исторической удаленности и, разумеется, историографических наработок не одного исследователя.

Совершенно справедливым является замечание по поводу названия учебника. Второй строчкой необходимо проставить хронологические рамки периода. Независимо от того, будет ли этот учебник переиздаваться через сто лет или не будет.

Далее, я абсолютно согласен с вами в том, что называть современное российское общество гражданским еще преждевременно. Но от написания истории современного российского общества нам не уйти. Возможно, даже стоит рассмотреть вопрос о том, чтобы сделать отдельную главу, посвященную истории общества.                                

Вообще очень вероятно, что по мере продвижения нашей работы структура учебника будет меняться, и это вполне закономерно, не стоит этого бояться. Вместе с тем не надо забывать и о том, что это - вузовский проект, который имеет свои конкретные, наработанные ранее стандарты и традиции, рассчитанные на определенные объем памяти и восприятие студента - вчерашнего школьника. И здесь процесс не стоит слишком революционизировать, это может очень осложнить ситуацию.

В целом, я с удовлетворением могу заметить, что ход сегодняшней дискуссии чрезвычайно продуктивен. И я надеюсь, что наша встреча серьезно поможет авторам в их трудной и ответственной работе.

Вверх

Антибольшевистская Россия Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru