Новый исторический вестник

2001
№3(5)

ТЕМА НОМЕРА: СЕРЕБРЯНЫЙ ВЕК

ПОДПИСАТЬСЯ КУПИТЬ НАПЕЧАТАТЬСЯ РЕДКОЛЛЕГИЯ EDITORIAL BOARD НОВОСТИ ФОРУМ ИЗДАТЬ МОНОГРАФИЮ
 №1
 №2
2000
 №3
 №4
 №5
2001
 №6
 №7
 №8
2002
 №9
2003
 №10
 №11
2004
 №12
 №13
2005
 №14
2006
 №15
 №16
2007
 №17
2008
 №18
 №19
2009
 №20
 
 №21
 
 №22
 
 №23
2010
 №24
 
 №25
 
 №26
 
 №27
2011
 №28
 
 №29
 
 №30
 
 №31
2012
 №32
 
 №33
 
 №34
 
 №35
2013
 №36
 №37
 №38
 №39
2014
 №40
 
 №41
 
 №42
 
 №43
2015
 №44
 №45
 №46
 №47
2016
 №48
 №49
 №50
 №51
2017
СОДЕРЖАНИЕ АВТОРЫ НОМЕРА
  ЖУРНАЛ РОССИЙСКОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО ГУМАНИТАРНОГО УНИВЕРСИТЕТА

Е.Р. Секачева

Пайман А. ИСТОРИЯ РУССКОГО СИМВОЛИЗМА
/Пер. с англ. В.В. Исакович. М.: Республика, 1998. Ц 415

Книга А. Пайман, вышедшая в 1998 г. на русском языке, - результат более чем десятилетней работы автора и одно из самых полных и подробных исследований русского символизма. Основная цель книги «История русского символизма» Ц как можно более полно рассмотреть и проанализировать особенности русского символизма в литературе, живописи, музыке и философии. Характерным для работы А. Пайман является стремление представить историю символизма 1892 Ц 1910 гг. как историю сложной и цельной эстетической, художественной и философско-мировоззренческой системы. Автор практически отождествляет с символизмом новый тип культуры, появившийся в России в конце XIX Ц начале XX вв.

В книге А. Пайман систематизирован огромный массив фактического материала, для изложения которого автор предпочла хронологический способ. Прослеживая историю русского символизма, она стремилась реконструировать с максимальной детальностью события русской литературной жизни, связанные с символизмом. Автор делает особый акцент на изучении истории русской литературы, и поэтому в книге достаточно много внимания уделено литературоведческому анализу.

А. Пайман рассматривает культурную эпоху «через личности», являющиеся носителями культуры, стремится воссоздать атмосферу того времени. В ее работе блестяще выписаны психологические портреты деятелей искусства рубежа веков, восприятие мира и человека в этом мире, связь бытия художника-творца и его творчества. Свою задачу автор видит в том, «чтобы представить идеи, прозаические сочинения и поэзию как творчество живых людей живущих и творящих в определенный период истории, в реальных условиях России того времени» (с.7).

В первой части книги А. Пайман рассматривает предшественников русского символизма и проблему связи русской и европейской культуры. Она выделяет причины изменения мировоззрения, внутреннего самоощущения человека рубежа XIX Ц XX вв. и пытается показать этот процесс, определяющий, по ее мнению, потребность в новом искусстве. Автор рассматривает русский символизм не как имитацию французского символизма, а как попытку найти ответы на «вызов времени», выразить мировоззрение конца XIX Ц начала ХХ вв., которая вылилась в появление особого типа культуры: «ЕМолодым современникам, а впоследствии многим историкам литературы казалось, что движение было придумано и организовано Брюсовым по образцу французского символизма. <Е>В этом «западничестве» было немало позы. В сущности, он хотел <Е> того же обмена идеями «на равных» с западной литературой, какого добивался Дягилев в области изобразительных искусств» (с.160).  

Автор с самого начала заявляет, что для нее история символизма является историей отдельных деятелей символизма. По этой причине, поднимая проблему непонимания, которое возникло  сначала между поколениями «классиков» и приверженцев «новой поэзии», а затем старшим и младшим поколениями символистов, и сравнивая художественные и мировоззренческие особенности московского и петербургского направления символизма, А. Пайман  подробно рассматривает их на материале личных и профессиональных отношений в творческом сообществе символистов.

А. Пайман стремится дать более или менее четкую периодизацию истории символизма.

В качестве первого она выделяет переходный период (1892 Ц 1898 гг.) Ц период келейного искусства, ощупью искавшего свою теоретическую основу и делавшего усилия по преодолению прежней культурной традиции.

Второй - период коллективного творчества символистов старшего поколения (1898 Ц 1903 гг.), объединившихся вокруг журналов «Мир искусства», а затем «Новый путь». Именно в этот период, по мнению автора, была сформулирована идейно-теоретическая программа символизма: «Искатели Серебряного века, как бы они не расходились в частностях, единодушно признавали главное: для них не может быть иного пути, кроме как через собственную субъективную творческую интуицию, через искусство» (с.116). С этого момента автор говорит о символизме, как о сложившемся, зрелом и едином литературно-художественном течении.

Третий период (1903 Ц 1907 гг.) в истории русского символизма характеризуется, по ее мнению, появлением младшего поколения символистов, для которых было важно преображение самой жизни через искусство, они выдвигали тезис о необходимости действовать в окружающей действительности. «Второе поколение Ц заговорщики, вырвавшиеся из «подполья» отчасти благодаря тому, что им стало ясно, что они там не одни, были объединены открытием общего языка. <Е> Младшие символисты стремились создать в жизни и в книгах некую грандиозную схему, которая позволяла бы выражать невыразимое» (с.172-173). Рассматривая этот период, автор выделяет сходство и различия в художественных и философских взглядах старшего и младшего поколения символистов.

Последний период (1907 Ц 1910 гг.) в изложении автора посвящен в основном описанию сложных взаимоотношений между представителями старшего и младшего поколений символистов и тому, как политические проблемы в стране отразились на личной и творческой жизни поэтов Серебряного века: «Символисты теперь меньше писали об аде и рае, кентаврах и аргонавтах, Душе Мира и Духе Земли и больше Ц о России и интеллигенции, городе и деревне, политике и промышленности. Но и этот «реальный» мир в их произведениях оставался тем же подвижным, переливчатым, многомерным миром символизма, и в новых темах присутствовали старые, отчетливо на них влияющие. От художника постижение этих взаимных влияний требовало пристального внимания к настоящим событиям, постоянной работы над формой и веры в то, что где-то все же есть, за «случайными» чертами Ц план, промысел, провидение. <Е> Жить было скучно, и от того, что за сценой продолжались репрессии, казни и избиения» (с.283). В этот период символизм как школа зашел в тупик, наметился раскол между поколениями, однако перемены в общественном вкусе и отношении к искусству, произведенные символизмом, способствовали появлению в последнее десятилетие Серебряного века многих течений и группировок в искусстве.

Определяя и исследуя русский символизм, А. Пайман отождествляет его с русским Серебряным веком в целом и, соответственно этому, рассматривает как новый тип культуры, возникший в результате изменения системы ценностей. Уделяя большое внимание психологическим моментам, попыткам воссоздать «дух времени» и показать личностные особенности ключевых творческих личностей эпохи, А. Пайман в своей книге подходит к выводу, что история символизма Ц это фактически история его создателей и героев, чьи творческие поиски и усилия были одним из основных источников существования русского символизма.

Одним из принципиальных вопросов, поставленных в этой работе, является вопрос о понимании себя в мире и самоощущении «эпохи блистательного умирания». Автор по-своему пытается решить эту сложную дилемму, занимающую практически абсолютное большинство современных исследователей истории символизма. Ее вывод состоит в утверждении, что в мировосприятии современников жизнь на рубеже XIX Ц ХХ вв. действительно чувствовала себя огромнее любой другой, ощущала свое превосходство, а потому отвергла все эталоны. Ёта эпоха  чувствовала себя исключительной, выше всех предыдущих, но одновременно она ощущала себя началом качественно иного этапа в истории существования человечества и была не уверена в себе. Если бы самоощущение эпохи рубежа веков соответствовало упадку, она нуждалась бы в прошлом, как в некоем образце, который нельзя утратить. Она не смогла бы так легко от него отказаться, как от устаревшей и скорее стесняющей традиции, тогда как она, напротив, стремилась осмыслить и прочувствовать по-новому, по-своему весь культурный опыт предыдущих поколений.

В современной историографии работа А. Пайман является одним из наиболее полных, логичных и ярких исследований по истории русского символизма, в котором удачно сочетаются обширный фактический материал и рассмотрение крупных теоретических проблем. Ёто исследование Ц одна из наиболее удачных попыток посмотреть на символизм «изнутри», как на цельное явления русской культуры, представленное в развитии.

Вверх

Антибольшевистская Россия Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru